Хильд из Вильнюса (hild_0) wrote,
Хильд из Вильнюса
hild_0

Ангел, с днем!

Радости, здоровья вам, помощи Божьей, игр хороших, поездок, встреч и всего-всего, что в радость.


СЛОГУТЕ *. БЛУЖДАЮЩИЕ ОГОНЬКИ
*Мифическое существо, давящее, душащее сонных /Прим. составителя/

СБРОШЕННЫЙ СЛОГУТИС
Рассказывают, как-то один косарь пообедал, отбил косу и прилег у камня вздремнуть после обеда. Видит он спросонок: вылезает из-под камня маленький ребенок в белой рубашечке, поясом подпоясанный. А это был слогутис. Подошел он к спящему человеку и на грудь ему навалился. И так человеку стало тяжко — ни рукой, ни ногой не может пошевелить! Изловчился он: перевернулся на левый бок и сбросил с себя слогутиса, а тот опять под камень вернулся с такими словами:
— Что ж ты наделал?
На этом косарь и проснулся.

ПОЕДИНОК СО СЛОГУТИСОМ
У моей мамы было два брата: Доминикас и Настазюкас. Раз прилег Доминикас на своем гумне на сене. Только начал засыпать, слышит: вошел кто-то на гумно. Он окликнул:
— Настазюкас, это ты?
Никто ничего не отвечает. Тогда он опять утих, а когда стал засыпать, налег на него кто-то и придавил. Тут оттолкнул Доминикас его от себя и навалился на него сам. А тот опять из-под него выскользнул и снова давит. Совсем как человек, только скользкий какой-то.
И долго они так боролись. Никак он не мог от того отделаться, да тот не отставал от него никак. Наконец отвалился — и в этот момент провел ему по лицу рукой. А Доминикас как укусит его за палец. Так укусил, что даже хрустнуло, а тот и не охнул, даже не сказал ничего. Потрепал рукой по лицу и отвалился.Пошел тогда дядя Доминикас в избу. Вошел — а в себя никак не придет, ни слова не может выговорить. После этого целую неделю проболел.

ОБМАНУТАЯ СЛОГУТЕ
Григаляускаса из Кампиняй каждую ночь, бывало, слогуте душила. Никак не мог он от нее отделаться. Посоветовал ему, не знаю кто, чтобы он, идя спать, подходил к кровати задом наперед, а потом, не поворачиваясь к кровати передом, разувался и ложился.
Так он и сделал. Как покинула она его с того раза, так, говорят, и по сей день не душит.

ЖЕНА-СЛОГУТЕ
Мужика одного по ночам, сонного, все слогуте давила. А ночевал он в клети один. Стал пытать у людей, как беду избыть. Присоветовал ему знахарь один: надобно, мол, крепко-накрепко окошко затворить да заткнуть замочную скважину. Да еще накрыть горшком горящую свечку — и тогда изловишь слогуте.
Так он и сделал.
И вот только задремал, чует — навалился на него кто-то сверху и давит. Да так тяжко давит, словно непременно разбудить хочет.
Встрепенулся он, горшок долой — и осветилась клеть! Тут стремглав выскочила из его постели девица: нагая, молоденькая и собою раскрасавица. И бросилась к замочной скважине. Выскользнуть хотела из клети. Да не тут-то было — в скважине-то затычка! Парень ну ее ловить: ведь ему было велено изловить слогуте, чтоб впредь не давила. Так парень и сделал. А после ее разодел-разукрасил, посватался да и женился, ибо уж больно хороша собою была эта девица.
Прижилась она, освоилась, да только все выспрашивала да выспрашивала у мужа, как ему удалось изловить ее.
И однажды ночью, в той самой клети лежучи, он и проговорись: заткнул, мол, замочную скважину да свечку зажженную припас, а потом и снял с нее горшок.
Лишь последнее слово промолвил, она из постели выскочила, взмыла вверх —и в замочную скважину шмыг!
Только он ее и видел.

БЛУЖДАЮЩИЙ ОГОНЕК
Шел Момкаускис поздно вечером и увидал огонек. Думал — идет кто-то с лампой, и окликнул. Тотчас приблизился огонек, промелькнул перед глазами и через пару шагов пошел рядом. Дом уже виден был, да так огонек крутился да вертелся, что завел его на такую пашню, откуда и не выбраться. Он остановится — и огонек стоит, пойдет — опять огонек рядом. С виду огонек вроде колеса прялки.
Забрел тогда Момкаускис на хутор одного хозяина, нашел забор и вдоль того забора еле-еле домой пришел. Скакал огонек с одной стороны на другую, скакал— да так и не смог сбить его с толку. Зашел он в дом, а огонек у пруда остался стоять. Потом поднялся немного, огляделся, снова опустился и улетел на Гаргждас, там вокруг горы Пашиле сорняки да кустарник.

КАК ЧЕЛОВЕК ЗА СВЕЧКАМИ ГОНЯЛСЯ
Возвращался раз человек с толоки *, там соседу рожь косили. После работы угостили его соседи пивом. Стемнело, пошел косарь домой. Идти ему через кустарник. Вокруг видит он впереди себя штук двадцать огоньков. Земли не касаются, словно парят в воздухе. Был он подвыпивши, вот и решил подойти к ним поближе. Однако чем ближе он подходит, тем больше они удаляются. И так до самого утра. Только на рассвете пропали огоньки. А когда солнце поднялось, увидал человек, что стоит он у деревенского кладбища.
* Толока помочь {сев., вост./ — работа миром, за угощение /Прим. переводчика/

ЧЕЛОВЕК В ПЛАМЕНИ
Мой муж рассказывал. Поехал он на мельницу в Лауцишке пеклевать. Много народу съехалось, пока все получили, уже ночь настала, поздно, время осеннее. Спеклевал он и домой поехал.
Теперь, говорит, еду я домой. Как съедешь с горы — под горой пашня, а за пашней — могилки. Так вот, говорит. Еду я большой дорогой и вижу — идет. Думал, что это человек с лампой. Подъезжаю поближе, смотрю — идет по другой стороне канавы человек, а из ребер у него пламя поднимается, словно пар из кастрюли. А он себе идет. Я по дороге еду, а он по ту сторону канавы идет. Я еле-еле шагом еду, и он чуть идет. Шел-шел со мною рядом, а как дошел до могилок, перешел дорогу под носом у лошади и ушел на те могилки.
Так этот случай действительно был.

ПОГОНЯ ОГОНЬКА
Жил слесарь по фамилии Адомайтис. Не верил он в привидения. Совсем был непуганый. Кладбище Пасандрувис было неподалеку. Однажды шел слесарь из Расейняй и увидал ползающий среди оград огонечек. Прошел он мимо кладбища, а огонечки за ним следом припустились. Он идет быстрее, и они быстрее. До дому полкилометра оставалось. Он побежал, влетел в избу, запер дверь и через крыльцо прошел к другим дверям посмотреть через замочную скважину, где этот огонечек. А огонек под самым его носом оказался! Так перепугался слесарь, что заболел и слег в постель на несколько месяцев. И больше он никому не говорил, что ничего не боится.

ОБЛИТЫЕ ОГНЕМ
Абромайтите и Балтрушайтите из деревни Бацёняй шли Абромавичюсам шерсть чесать. А по дороге с обеих сторон вслед за ними свечечки двигались. Тут Абромайтите и скажи:
— Не лезь, вяльняс, не то палки отведаешь!
Только сказала — свечечки напали на них и облили огнем все вокруг. Прибежали они к Абромавичюсам перепуганные.

ЗАМУЧЕННЫЙ СЫН
Ехал молодой человек по дороге. Смотрит — свечка двигается. Взял он да и ударил по ней кнутом.
Приехал домой, хочет спать, да боится. Стал отец браниться:
— Что это такое? Все время ложился спать один, а теперь нейдешь?
А сын говорит:
— Сегодня будем спать вместе.
Ночью пришла свечечка, которую кнутом ударили, и замучила молодого человека.
А отец с матерью ничего не слыхали, только наутро нашли сына неживым.

ПРОСТРЕЛЕННЫЙ ОГОНЕК
Мяли лен на гумне. Кто-то вошел со двора и говорит, что огонек приближается. Один мяльщик говорит:
— Покажите его мне, я не боюсь! Вышел с револьвером, бах и прострелил. И ничего, опять вошел.
- Мне все нипочем! — говорит.— Вот вы боитесь, а почему же я не боюсь? Еще такого чертова дерьма бояться!
Продолжают они мять.
Ну ладно. Пришли в дом, поели и легли. Улеглись, говорят, все мяльщики. Постелили соломы на пол и улеглись. А хозяйка ничего не знает. Хозяин, муж ее, на гумне лен сушит. Мяльщики давно уснули. Они заснули, а хозяйка картошку чистит, чтоб мяльщикам сварить. Увидала она: прошел мимо всех окон огонек. Подумала: не разбудить ли всех, да так и не разбудила. Пошла опять чистить к^артошку. Только повернулась— огонек в окошко прыг и обернулся панной. Приложила она этак руку к глазам и идет, во всех мяльщиков вглядываясь. И к этому пригляделась. Подошла к тому, что стрелял. Подошла, обеими руками приложилась к нему от головы до ног. Снова скок через окошко и пропала. Хозяйка так и упала с табуретки.
Ну, лежит она без чувств, а мяльщики спят. Приходит хозяин, несет светильник. Хочет глянуть — почему никто лен мять не идет? Мяльщиков пришел будить. Пришел — а они все спят, никто их не будил. Глядит — и картошка не сварена. Входит в кухню — а жена все еще в обмороке, на полу лежит.
Повскакали все мяльщики, знать ничего не знают. Вскочили, стали ее оттирать, оттерли. А тот, что стрелял, неживой лежит.
Кто ж виноват — зачем стрелял?

СОЖЖЕННЫЕ ПОСТРОЙКИ
Говорили, жила на болотах женщина и было у нее трое, что ли, детей. Вечерами выходит она — а вокруг избы что ни вечер огни ходят и ходят. Ну, вышла она на третий вечер с метлой и говорит:
— Что это вы тут, чародеи, избу хотите спалить? И ну метлой махать. Они и скрылись.
А на четвертый вечер, только солнце зашло, пришли эти огни и сожгли все постройки.

КАК ОГОНЬ ПОКАЗАЛСЯ
Чья-то жена говорит:
— Никогда я огней не видала, вот бы посмотреть! И пришел в полночь к окошку огонек.
—Ну,— говорит,— вставай! Раз хотела меня увидеть — гляди!
Перепугалась жена, смотрит — а там человеческая фигура, скелет и свеча горит, вроде сердца. Перепугалась она и умерла.
Говорят, если землемеры неправильно меряют, то им после смерти приходится терпеть этакое.
Tags: Народные сказки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments