Хильд из Вильнюса (hild_0) wrote,
Хильд из Вильнюса
hild_0

Бран, с днем рождения!

Здоровья Тебе и близким, радости, мудрости, сил, умных учеников, хороших игр и встреч с друзьями. И еще чего-нибудь хорошего-приятного.


Татские сказки (знает ли кто-нибудь, что это за народ?)


"Катитесь, катитесь, лепёшки".

Жили некогда муж и жена, и было у них трое детей — две девочки и мальчик. Дружно жили они. Мать очень любила своих детей, и дети тоже любили ее. Она говорила детям, чтобы они никогда не ссорились и не делали друг другу зла. И дети росли дружными и добрыми и всегда играли вместе. Когда сыну исполнилось восемнадцать лет, одной девочке — одиннадцать, а другой — четырнадцать, мать умерла. Похоронили ее со всеми почестями, поплакали, и стали дети жить еще дружнее. Ведь недаром говорят, что горе объединяет людей. Но случилось так: отец привел в дом новую жену, а детям наказал слушаться ее. А мачеха оказалась злая-презлая. С первых же дней она возненавидела детей, стала заставлять их делать всякую трудную и тяжелую работу. Бывало, скажет она мальчику: — Натаскай в котел воды из пруда! А на улице мороз. Сестры возьмут ведра и вместе с братом натаскают воды. А бывало и так. Злая мачеха смешает рис и пшено с золой и заставит девочек целыми днями перебирать крупу. А брат тоже с девочками перебирает, сестрам своим помогает. Словом, как ни старалась мачеха избавиться от детей, ничего у нее не получалось. Дружба их была сильнее, чем козни мачехи. И решила тут мачеха отправить мальчика на тот свет к матери. Знала она, что никто еще с того света не возвращался, и говорит: — Мать-то ты свою любишь, а ни разу не сходил на тот свет проведать ее. Всю свою нелегкую жизнь она, бедная, вам отдала... Ступай на тот свет, побудь у матери с недельку, порадуй ее. Ничего не оставалось делать мальчику. Вырубил он в лесу себе палку и собрался в путь-дорогу. А сестры наполнили ему хурджун лепешками и проводили. Долго шел мальчик. Много дней и ночей провел он в пути. Наконец остановился на перепутье. Стоит мальчик и думает: «По какой же дороге дальше идти?». Но тут из-под земли вышел маленький старичок и спрашивает: — Мальчик, мальчик, куда путь держишь? Рассказал ему мальчик все как есть. А старичок говорит ему: — Не ходи на тот свет. Мачеха послала тебя туда, чтобы ты назад не вернулся. Ведь никто еще с того света не возвращался. Ступай назад! — Нет,— говорит мальчик,— назад я не пойду. Не хочу жить с мачехой, лучше с родной матерью жить, пусть даже на том свете. Сказал так мальчик и зашагал дальше. Долго ли он шел или недолго — это ему знать, но нам известно, что добрался он до одного холма и видит: стоит на холме Дом, а из трубы валит дым с огнем. Подошел мальчик к дому, постучался и стал ждать. Открыла ему дверь старушка и впустила в дом. Старушка эта была матерью мальчика. Предстали они друг перед другом и тут же узнали друг друга: мать — сына, а сын — свою мать. — Сын мой милый, зачем пожаловал сюда? — спрашивает мать.— Ты еще маленький, а уже на этот свет пришел.— Заплакала мать горько-горько.— Видно, не сладко живется вам с мачехой? Рассказал мальчик матери все как есть и говорит: — Не хочу с мачехой жить, а хочу с тобой. Так и остался мальчик жить на том свете вместе с родной и любящей матерью. Днем мать и сын ходили в сад собирать яблоки, а вечером возвращались в свой дом на холме, разжигали печь, пекли яблоки и ели. И так жили все время. А между тем оставшиеся с мачехой сестры не сводили глаз с дороги, по которой ушел их брат на тот свет. Иногда они обе горько плакали. Так они соскучились по милому брату, что готовы были умереть ради одной только встречи с ним. Но не всегда все так получается, как нам хочется. А мачеха, видя, как сестры стосковались по брату, радовалась. Она помышляла уже о том, как бы и их отправить на тот свет и освободиться от всяких хлопот. И вот в один из дней старшая сестра говорит младшей: — Видно, уж не вернется наш брат. А младшая отвечает ей: — Сестрица, пойдем искать брата. Долго они думали в этот день над тем, куда идти, чтобы найти брата. И вот тут-то старшая сестра предложила взять потихоньку от мачехи полмешка муки и испечь две огромные лепешки. — Пустим эти лепешки по дороге катиться,— сказала она,— а сами следом пойдем. Так и найдем брата. Когда мачеха отправилась к соседкам сплетничать, девочки достали муку и замесили тесто, приговаривая: — Катись, катись, лепешка, — сестры ищут брата. Положили они тесто в печь и испекли две огромные лепешки. Затем выкатили эти лепешки за ворота и сказали: — Катитесь, катитесь, лепешки, — сестры ищут брата. И покатились лепешки по дороге, поднимая пыль. А девочки бегут вслед, стараются не отстать. Докатились лепешки до развилки дорог. И тут из-под земли навстречу девочкам вышел маленький старичок и спросил: — Куда вы так торопитесь, куда путь держите? И рассказали девочки старику все как есть. — Мы идем искать брата,— сказала старшая сестра. А младшая добавила: — Живым или мертвым мы должны его найти. Выслушал их старичок и говорит: — Возвращайтесь лучше домой. Никогда еще не было такого, чтобы кто-то с того света назад вернулся. Не послушались сестры старичка, покатили свои лепешки, приговаривая: — Катитесь, катитесь, лепешки, — сестры ищут брата. Покатились лепешки по дороге, а сестры бегут рядом— одна справа, другая слева: отстать боятся. Долго ли они так бежали — это им знать. А нам известно, что чувяки у них изорвались и ноги им исцарапали колючки, а конца-края дороги так и не было видно. Очень сильно устали сестры, да и ноги изранены. Бегут они, а за ними кровавый след тянется. Не выдержала младшая сестра и говорит старшей: — Не могу я бежать дальше. А старшая сестра отвечает: — Нельзя от лепешек отставать, заблудимся и до места не дойдем... Терпи и беги! Знай, что брата нужно найти. Наконец докатились лепешки до дома, что стоял на холме. Стукнулись о двери—двери отворились, лепешки вкатились в дом и встали у стены. Вошли сестры в дом, а в доме никого нет, пусто. Только печка топится и в углу палка брата лежит. Увидели они эту палку и обо всех горестях позабыли. Сели сестры у печки и стали ждать. Ждали-ждали они прихода брата и незаметно уснули. А тем временем из норы вылезли две мышки. Увидели они лепешки, съели все до крошки и опять забрались в нору. А когда стемнело, с работы вернулись мать и брат и видят: спять у печки две девочки в лохмотьях и рваных чувяках, а из ног у них кровь сочится. Мальчик сразу узнал своих сестер и тут же разбудил их. Глядят они друг на друга, наглядеться не могут, радуются. А мать прослезилась на радостях, обняла девочек и забыла, что девочки на тот свет пришли к ней. А когда опомнилась, стала бранить своих детей: — Зачем пришли на этот свет? — говорит.— Вы еще маленькие, жизни еще не видели, а уже от жизни ушли. Быть вам теперь вместе со мной здесь. — Не плачь, мать,— говорит старшая сестра.— Есть у нас две лепешки, мы их сами испекли, и они помогут нам выбраться отсюда. Кинулись девочки, а лепешек нет на месте. Выскочили девочки во двор, посмотрели по сторонам — нигде нет. Заплакали сестры. А мыши выглядывают из норы: все видят, все слышат. Жалко им стало девочек. И тут одна мышь говорит другой: — Давай скажем им, что мы съели лепешки. Выбежали мыши на середину комнаты и пропищали: — Не плачьте, это мы съели ваши лепешки. За это мы поможем вам выбраться отсюда и снова стать живыми. Ступайте за нами в нору. Мы вас другим ходом проведем наверх. Пошли сестры за мышами в нору. А за ними и мать ошла. Взял брат свою палку и тоже полез в нору. Долго они пробирались подземным ходом наверх. Много трудностей пришлось им испытать в пути. Но все же вывели их мыши наверх, стукнули лапками, и они ожили. А мыши говорят им: — А теперь идите к себе домой и нас возьмите. Хотим видеть злую мачеху. Пришла мать с детьми в свой дом. А мачеха, как увидела их, испугалась; стала из угла в угол бегать и кричать, людей на помощь звать. А мыши тем временем взяли у мальчика палку и поскребли ее концы. Пошла палка по комнате летать и мачеху бить. А когда мачеха наконец умерла, мыши схватили ее и унесли на тот свет. И зажили вновь в дружбе и согласии муж и жена, а с ними и их добрые дети.


Как младший сын отправился на тот свет к матери за ключом.

Жили-были муж и жена. Было у них три сына: старший, средний и младший. Жили они дружно, и все работали. Но однажды мать захворала и перестала ходить на работу. Стали ей в голову все чаще и чаще приходить мысли о смерти. И решила она складывать в сундук все необходимое на день своей смерти. Вскоре она слегла, а спустя несколько дней почувствовала, что вот-вот явится к ней смерть. Встала она в этот день еще раз, перебрала свой сундук — не забыла ли чего положить? — и, убедившись, что все в порядке, закрыла его на замок, ключ взяла в руку и легла в постель ждать прихода мужа и сыновей с работы, чтобы отдать им ключ. Но они, как на зло, все не возвращались. Так она и умерла, не повидав мужа и сыновей, а ключ так и остался зажатым в ее руке. Вернулись отец и сыновья и видят: старуха мертва. Кинулись к сундуку, где лежало все необходимое для похорон,— сундук закрыт на замок. Стали искать ключ, весь дом перерыли, но так и не нашли. Ничего не оставалось им делать, как ходить по соседям и просить: у кого посуду, у кого скатерть, у кого материю на саван, у кого мясо и хлеб. Словом, кое-как собрали все нужное и справили поминки. А после того как прошло сорок дней, отец собрал своих сыновей и говорит: — Дети мои, вот мы и похоронили нашу мать, а ключ от сундука так и не нашли. Кто из вас отправится к матери на тот свет и спросит, куда она спрятала ключ? Старший сын ответил на это так: — Я не пойду туда. Да и вообще, зачем это нужно? А средний сын сказал так: — Мне ни ключ от сундука не нужен, ни то, что в сундуке. Пусть отправляется тот, кому это нужно. И вот тут вступил в разговор младший сын: — Не нужно спорить. Я пойду к матери на тот свет и узнаю, где она спрятала ключ. Вот только схожу на конюшню и спрошу своего коня, согласен ли он отправиться со мной? Пошел младший сын на конюшню и говорит коню: — Мой верный конь, я хочу отправиться на тот свет к матери и спросить, где она спрятала ключ. Как ты относишься к моему желанию? Конь ответил ему так: — Желание твое понятно. Но дорога очень дальняя и трудная. Твоя мать попала в рай, но нам придется проехать через ад. Много всяких чудес встретится на нашем пути. Но знай, что бы ты ни увидел, ни о чем у меня не спрашивай. Приедем к матери, и у нее все спросишь. А теперь ступай собирайся в дорогу. Да не забудь взять с собой два хурджуна. В один положи хлебные огрызки, в другой — тряпье. Сделал младший сын все так, как наказывал конь. И вот отправились они в путь. Долго ли скакал конь или недолго, но наконец ступил он на землю того света. Скачет он по аду день, второй, третий, а на четвертый день дорога подошла к глубокой реке. Не решается конь войти в воду. Погнал тогда юноша коня по берегу реки и вдруг видит, как двое мужчин, один с одного берега, другой — с другого, схватили друг друга за плечи, словно бы дерутся. А вода под ними течет, камни ворочает и грозно шумит. Смотрит младший сын и диву дается, а понять что к чему не может. У коня спросить— значит нарушить обещание. Долго стоял он и наконец спросил у этих мужчин: — Как мне перебраться на другой берег? А они отвечают: — Через нас проезжай. — Вы же люди, как я могу через вас проехать? А мужчины опять ему: — Проезжай. Не ты первый, не ты последний — все через нас проезжают. Пришпорил тогда младший сын своего коня и проехал по мужчинам. Скачет он дальше: день, второй, третий. А на четвертый день дорога привела его к одной поляне. Увидел он здесь множество кувшинов из-под молока и женщину, которая переливала молоко из одного кувшина во второй, из второго —в третий и так до бесконечности. Посмотрел на это юноша, но ни о чем не стал расспрашивать. Пришпорил коня своего и поскакал дальше. Долгий путь проделал он на этот раз и наконец приехал в поле, где увидел целую гору яиц. Сидела у этой горы женщина и перекладывала яйца с места на место. И так целый день. Посмотрел на это юноша, пожал плечами и поскакал дальше своей дорогой. Долго ли он скакал на этот раз, это ему знать, а нам известно, что он доехал до одной скалы и видит: у самой скалы стоит тонур, а у тонура сидит женщина и печет лепешки. Испечет она одну лепешку и тут же ест ее, а другую в тонур кладет и кричит: «Есть хочу!». Долго смотрел юноша на эту женщину и все думал: «Сколько же она может есть?». Через три дня и три ночи прискакал он к роднику и видит, как женщина наполняет кувшин водой, пьет и никак не может напиться. Удивился юноша, а спросить не решился: обещал ведь не расспрашивать. Поскакал он дальше. Скачет день, второй, третий, а на четвертый день дорога привела его к такому месту, где было великое множество холмов. Едва он подъехал к этим холмам, как холмы расступились и из них появились исхудавшие и оборванные люди. Они протягивали к юноше руки и просили: — Хлеба! Подайте кусок хлеба! Раздал юноша весь хлеб, который лежал в его хурджуне, и поехал дальше. Только отъехал немного, как опять увидел такие же холмы. Подъехал юноша к холмам, они расступились, и из них вышло множество раздетых людей. Они тянулись к юноше и просили, чтобы он дал им хоть какую-нибудь одежду. Тогда юноша достал из хурджуна тряпье, которое он захватил из дому, и раздал им. Едет он дальше, а сам все думает о том, что за странные люди попадались ему в пути. Много дней и ночей ехал юноша. Но как бы длинна ни была дорога — всему приходит конец. И вот увидел он впереди веселую зеленую равнину, которая манила пышными садами. Это начинались уже земли рая. Проехал юноша еще немного и очутился, в райском саду. Каких только здесь не было деревьев! А на ветвях сидело множество пестрых птиц, распевавших на все лады! Вскоре подъехал юноша к золотым воротам рая. Привязал своего коня к дереву и постучался. Открылись перед ним райские двери, и рыжий старичок у входа поклонился и сказал: — Со злом пришел — прочь ступай, с добром пришел — входи в рай. Рассказал юноша рыжему старичку, зачем он пожаловал, а тот и говорит ему: — Знаю, знаю такую женщину. Она, бедная, все время говорит о том, что не успела детям своим отдать ключ от сундука. Если ты сын ее, то входи. Вошел юноша в рай и тут увидел свою мать. Сидит она под яблоней и райских птичек с руки кормит. Как увидела она своего младшего сына, бросилась к нему, обняла и спрашивает: — Сынок мой, зачем пожаловал сюда? Отвечает ей сын: — Тебя проведать да и о ключе спросить: куда ты его спрятала? А мать спрашивает: — А кто тебя послал сюда? — Отец собрал нас, братьев, и спросил: кто поедет к матери на тот свет спросить, где она спрятала ключ? Старший брат сказал, что не поедет. А средний брат сказал, что ему ни ключ от сундука не нужен, ни то, что лежит в сундуке. Ну а я все-таки решил отправиться в путь. Мать поцеловала сына и пошла к своей золотой тахте, чтобы из-под подушки достать ключ и передать сыну. А сын остановил ее и говорит: — Мать, не спеши дать мне ключ. Ты лучше ответь мне на несколько вопросов. — Спрашивай, сынок,— сказала мать. И сын спросил: — Мать, когда я ехал к тебе, то встретил на пути быструю реку. Вместо моста на разных берегах стояли двое мужчин. Они держали друг друга за плечи, и по ним я проехал, как по мосту. Кто они такие и почему висят над рекой, я так и не узнал. Ответь мне, в чем тут дело. Мать усмехнулась и говорит: — Эти люди, сын мой, провинились. Их в рай не пускают потому, что они и при жизни дрались между собой из-за этой реки. Вот они теперь в аду и живут. Обрадовался сын, что наконец-то узнал, в чем дело, и задал матери второй вопрос. — Мать, ехал я дальше и вдруг встретил женщину, которая переливала из кувшина в кувшин молоко. Кто она такая и почему она занята таким бессмысленным делом? Мать усмехнулась и говорит: — Эту женщину также не пускают в рай. Она при жизни мешала молоко с водой и продавала людям. За обман ее наказали такой работой в аду. Задал юноша матери третий вопрос: — Мать, ехал я дальше и вдруг вижу, как одна женщина перекладывает гору яиц с одного места на другое. Почему она так делает? Мать опять усмехнулась и говорит: — Эта женщина также наказана. Она украла у своей соседки три яйца. А теперь ей надо найти именно те три яйца и вернуть хозяйке. Но она не знает, какие это яйца, вот и перебирает всю груду. Обрадовался сын и этому ответу и снова спрашивает мать. — Мать, ехал я дальше и вижу, как у самой скалы стоит тонур, а у тонура сидит женщина и печет лепешки. Испечет она лепешку и тут же ест, а в тонур бросает другую. И так все время ест и ест, а сама кричит: «Есть хочу!». Кто она такая и почему так кричит? Мать вновь усмехнулась и отвечает: — Женщина эта при жизни пекла лепешки и ела сама, а детям своим ни крошки не давала. За это всевышний наказал ее и дал ей ту же работу,— мол, пусть объедается,— а в рай не пустил. Снова спрашивает юноша: — Мать, ехал я дальше и увидел: сидит у родника женщина, наполняет водой один кувшин за другим и пьет. И так все время. Кто она такая и почему пила без конца воду? Мать усмехнулась и ответила: — Ехали как-то в степи двое и хотели пить. Подъехали они к роднику, увидели эту женщину и попросили напиться. Она отказала им. За ее жадность всевышний поселил ее в аду и заставил все время пить воду. Обрадовался сын и этому ответу и снова спросил: — Мать, поехал я дальше и увидел холмы. Когда я подъехал к этим холмам, то из них вышли люди и стали-просить у меня: одни — кусок хлеба, другие — одежду. Кто они такие? Мать усмехнулась и ответила: — Это — нищие. Они и при жизни попрошайничали и не хотели работать, а потому всевышний поселил их в аду. Вот они и здесь тем же занимаются. Поклонился юноша матери и поблагодарил за все ответы. А потом говорит: — Теперь дай мне ключ, и я поеду домой. Отдала ему мать ключ, сорвала с яблони четыре яблока и говорит: — Сын мой, вот тебе четыре яблока. Одно отдай отцу, другое — старшему брату, третье — среднему брату, а четвертое съешь сам... А теперь ступай, бог в помощь! Поклонился сын, попрощался с матерью и вышел из рая. Сел он на своего доброго коня и мигом очутился Дома, где ждали его возвращения отец и старшие братья, когда он вошел в дом, отец и старшие братья стали расспрашивать обо всем. Рассказал им младший брат все как было и говорит: Мать велела угостить вас яблоками. Съел отец яблоко — превратился в осла и сбежал в горы. Съел старший брат яблоко—превратился в свинью и стал жить в болоте. Съел яблоко средний брат — превратился в собаку и сбежал в лес. Съел свое яблоко младший брат и видит: вместо их дома вырос большой каменный дворец с семью балконами. Во дворце этом ждет его красавица невеста. Он заключил ее в объятия и добился всех радостей жизни.


Счастье для молодых - отрада для старых.

Жил-был в одном городе старик-сапожник. Всю жизнь он усердно трудился. Случалось, что какой-нибудь бедняк был не в состоянии заплатить сапожнику за работу, и тот говорил: «Ничего, носи себе на радость!». И люди говорили доброму сапожнику: «Да прожить тебе сто лет!». Может быть, поэтому сапожник и на самом деле дожил до ста лет. А может быть, так ему было на роду написано. К тому времени было у него сорок внуков и сорок внучек. Были у него и правнуки и правнучки, а сколько их было — старик даже и не знал, знал только, что очень много. Все внуки старика выросли хорошими людьми, не было среди них ни воров, ни жуликов, ни дармоедов. Все они занимались ремеслом: кто был сапожником, кто — портным, кто — шапочником, одним словом, все были при деле. Однажды ночью к старику зашла смерть и предупредила его, что через два дня и две ночи она придет забрать его душу. — От меня уже землей пахнет,— с грустью подумал старик.— Пойду-ка проведаю внуков и правнуков, а потом уж можно со спокойной душой уйти на тот свет. Отправился он к одному из своих внуков. Увидев деда, тот отложил работу, провел старика в дом, усадил на мягкий ковер, угостил вкусным обедом. Столетний дед и шестидесятилетний внук посидели, поговорили о том о сем, а потом старик стал играть с правнуками, рассказывать им сказки да и забыл, что к нему через два дня и две ночи придет смерть забирать его душу. Счастье молодых — отрада для старых. Вечером внук постелил деду мягкую постель, дал мягкое одеяло и говорит: — Сладкого тебе сна. Отдыхай! — Нет,— отвечает старик,— я должен идти проведать других внуков. Внук обиделся и говорит: — Уйдешь — и в глаза твои не посмотрю! Ложись отдыхай! Мой дом — разве не твой? Что оставалось делать старику? Если младшие почитают старших — старшие должны принимать их уважение, ведь младшие у старших учатся. И остался дед у внука ночевать. Лег он на мягкую постель, укрылся мягким одеялом, да только сон к нему не идет. Лежит старик и думает о том, что скоро смерть придет, а он и не успеет проведать всех своих родных. Долго, как кишки шагаду, тянулась эта ночь для старика. Но вот наконец настало утро. Дед попрощался с внуком и ушел. В этот день он отправился к сыну. Обрадовался сын, провел отца в дом, усадил с почетом. Жена сына быстро подала угощение. Посидели отец с сыном, пообедали, выпили вина, поговорили. Потом старик стал играть с внуками и правнуками, рассказывать им сказки да и забыл, что ночью к нему придет смерть. Ведь счастье молодых — это радость для старых. Вечером сын постелил отцу постель, дал мягкое одеяло и говорит: — Дай бог тебе здоровья. Ложись отдыхай1 — Нет,— отвечает отец.— Я должен идти... Обиделся сын: — Уйдешь — ногой не ступлю к тебе на порог, разве мой дом — не твой? Что оставалось делать старику? Если младшие почитают старших — старшие должны принимать их уважение. И остался столетний отец ночевать у сына. Лег старик на мягкую постель, укрылся мягким одеялом, да только уснуть не может: лежит, ждет, когда же смерть придет. — Эх, не успел я обойти всех своих родных,— думает дед. Настала полночь, а смерть все не идет, время тянется, а смерть не идет, рассвет близится, а смерть не идет. Наконец рассвело, а смерть так и не пришла. «Где же она задержалась?—думает старик.— Или, может быть, я уже мертвый?» Приподнимает он голову — живой. Поднимает одну руку — живой, поднимает вторую — живой. Встает с постели — живой! — Слава богу!—говорит старик.— Смерть завтра придет, а я пока пойду дальше. Пришел он ко второму внуку, постучался. На стук выскочили правнуки, обрадовались, увидев прадеда, стали прыгать вокруг него, гладить ему бороду. Старик тоже обрадовался и спрашивает: — А где ваш отец? — На работе,— отвечают дети.— Сейчас мы его позовем. Позвали они отца, тот пришел, увидел своего деда и очень обрадовался. Накрыл внук богатый стол, усадил деда, стали они есть, пить, беседовать. Начал старик играть с детьми, рассказывать им сказки. Дети смеются—-прадед смеется. Прадед смеется — дети смеются. А старик и позабыл, что за ним смерть должна прийти. Ведь счастье молодых — это радость для старых. Наступила ночь, внук постелил деду мягкую постель, дал мягкое одеяло и говорит: — Ложись отдыхай, и пусть тебе снятся сладкие сны. Спохватился старик, говорит: — Нет, нет, я должен идти, проведать других внуков. — Темно на дворе, завтра сходишь,— отвечает внук.— Да и обидишь, если уйдешь. Что оставалось делать старику? Если младшие почитают старших — старшие должны принимать их уважение. И остался дед ночевать у внука. Лег он на мягкую постель, укрылся мягким одеялом, да только уснуть никак не может. Все ему кажется, что вот-вот должна прийти за ним смерть. Услышит старик какой-нибудь шорох и думает: «Пришла!». Лежит он выпрямившись, чтобы достойно умереть, глаза не закрывает, а сам все думает: «Эх, жаль, не успел я обойти всех своих внуков и правнуков, посмотреть, как они живут!». А смерть, оказывается, еще вчера ночью приходила к старику домой. Пришла она, ведьма, посмотрела на постель, где старик всегда спал, а его там нет. Пошарила она в комнате, а старика нет. «Ну ладно,— думает смерть,— завтра ночью приду, никуда он от меня не денется». В эту ночь смерть опять пришла, посмотрела на постель, а старика снова нет. Пошарила в комнате — нигде нет. Узнала смерть, что старик ушел в гости к внуку, и решила пойти за ним туда. А тем временем и рассвело. Старик встал, оделся. «Слава богу,— думает,— смерть завтра придет, а я пока пойду проведаю еще одного внука». Пришел дед к этому внуку, а у того в доме веселье, день рождения сына. Увидел внук деда, обрадовался: — Очень хорошо, что ты пришел! Я как раз хотел за тобой идти. Внук провел деда в дом, усадил на почетное место и кричит: «Играйте, зурначи! За здоровье нашего деда играйте!». Зурначи играют, гости танцуют, едят, пьют. Не выдержал столетний дед, вышел на середину комнаты и пошел плясать! Все ему хлопают-, а он еще быстрей пляшет и даже на носках ходит. Видит смерть, что у столетнего деда так просто не возьмешь душу, да и сама стала хлопать. Хлопает она и приговаривает: Пляши, пляши, пяяши, старик, Харса-харса, харса-харса, харса-харса! Никуда от меня ты не уйдешь, Харса-харса, харса-харса, харса-харса! Если и сегодня забуду твою душу, То завтра ее возьму. Харса-харса, харса-харса, харса-харса, Харса-харса, харса-харса, харса-харса! Наплясался дед, устал, сел за стол, ест, пьет, поет песни. Смерть все это видит и говорит себе: «Завтра приду и возьму его душу. Теперь-то я знаю, где он бывает». И смерть ушла к другим людям забирать их души. А столетний дед попировал как следует и лег спать. Утром он проснулся, вспомнил, что за ним должна смерть прийти, и заспешил к другим своим внукам. Пришел он к одному из них в дом. Внук встретил деда с уважением, усадил, обедом угостил. Поиграл старик со своими правнуками, рассказал им сказки и лег спать. Так он стал ходить то к одному внуку, то к другому, и везде ему были рады. Радовался и дед и совсем забыл о том, что должен умереть. Говорят, что он и сейчас жив и ходит уже в гости к прапраправнукам, и все они ему рады. А смерть, говорят, и по сей день никак не может забрать у него душу, потому что в душе у того старика живет радость. А с радостью смерть бороться не может. Потому-то в народе говорят: «Да увидеть вам радость своих детей!». Так ведь говорят не напрасно. Пожелаем же и мы друг другу увидеть радость своих детей и жить так же долго, как герой нашей сказки!


Справедливый огородник.

В очень давние времена недалеко от города жил бедный огородник. Был у него небольшой участок земли, на котором, кроме дынь, ничего не росло. Весной огородник засевал свой огород, а осенью отвозил на базар огромные, сладкие как мед дыни. Тем и жила его семья — жена и два сына-подростка. Было у него и нехитрое хозяйство: лошадь, коровенка да два быка. Так и жил бедный огородник вот уже много лет — не богато и не бедно. Никто не завидовал его богатству, и никто не упрекал его за бедность. Но однажды на голову огородника свалилась беда. Собрал огородник часть дынь с огорода, нагрузил на свою арбу и поехал в город продавать. Ехал он и думал о том, как на вырученные деньги купить детям новые бешметы, чарыки, папахи, а жене чадру. Ехал и думал о том, что нужно для лошади купить новую упряжку. Ехал и думал — о многом еще думал огородник и не заметил, как доехал до города. Въехал он в огромные чугунные ворота и приехал на базар. А на базаре чего только нет! Какие груши! Каждая размером с твою голову!.. Какие арбузы, дыни! Даже на подносе самого великана Миши и то не поместятся. В общем, не буду морочить вам голову, а скажу одно: представьте себе все это, и будете сыты. Так вот, приехал огородник на базар, разложил свои дыни и стал кричать: — Подходи, народ! Покупай, народ! Пах-пах, какие Дыни! Наполовину сахар, наполовину мед! Но никто к нему не подходил. — Подходи, народ! Покупай, народ! — продолжал кричать огородник. — Какая цена? — спросила старушка в лохмотьях. — Два шои,— ответил огородник.— На какой глаза твои остановились, ту и бери! — В кармане не звенит, — ответила старушка. Огородник принялся снова зазывать народ. Подошли к нему трое мужчин, выбрали по две дыни и, ничего не заплатив, ушли. — Э-эй! Платить нужно! — крикнул бедный огородник. Но мужчины исчезли в толпе, как снег в кипятке. Что было делать бедному огороднику? Снова стал он кричать, расхваливая свой товар. Опять подошли трое мужчин, но не те — другие, выбрали по две дыни и ушли. — Эй, эй! — закричал огородник.— А где же деньги? Тут женщины, торговавшие возле огородника, стали смеяться. — Дорогие мои,— обратился к женщинам огородник,— не знаете ли вы, кто эти воры? Женщины рассмеялись еще сильнее, как будто перед ними стоял чудак. — Конечно, знаем,— ответили они.— Уже давно падишах нашего города издал приказ, что все его придворные имеют право брать бесплатно все, что им захочется. Эти люди, что забрали у тебя дыни, не воры, а придворные падишаха. — Ах вот оно что!—воскликнул огородник. — Что ж, тогда подходи, бедный народ! Бесплатно бери... Пах-пах, какие дыни! Наполовину сахар, наполовину мед! Сам сажал, сам растил, а теперь угощаю вас. Берите, не стесняйтесь. Я такой же, как и вы, бедный. Берите! Берите! Огородник не успел оглянуться, как у него не осталось ни одной дыни. Вернулся огородник домой без единого шои и без дынь. Рассказал обо всем жене. Обрушилась на него жена с бранью, да криком ничему не поможешь. Задумал тут огородник отомстить падишаху того города. Собрал он все дыни со своего огорода и повез продавать в другой город. Отвез арбу дынь — привез хурджун денег. Потом приказал огородник жене снять со стен кинжал, винтовку, саблю, приготовить на дорогу при пасов. — Что это тебе в голову взбрело? Куда ты собрался? Зачем? — Отомстить падишаху,— ответил огородник. Тут жена упала на колени и стала просить мужа: — Платок мой к твоим ногам! Ради детей, не езди! — Мы горцы, на нас папахи! — прикрикнул на женщину огородник. Снял со стены кинжал, винтовку, саблю, сложил в хурджун еду и вышел во двор. Погрузил на лошадь два хурджуна: в одном были деньги, в другом — еда, вскочил на своего скакуна и умчался по пыльной горной дороге. Прискакал он в один горный аул. Созвал на площадь джигитов и рассказал им, для чего приехал. — Согласны ли вы быть моими воинами? — спросил он. И вот сто джигитов во главе с огородником поскакали к городу, где правил тот падишах. По пути все новые и новые джигиты примыкали к отряду. На следующее утро отряд остановился в одном городе. Огородник отыскал там самых лучших мастеров и заказал им триста одну пару мяхси, триста одну — гобо. Накупил множество хурджунов, патронов, наточил кинжалы и сабли. Переночевали они в этом городе, а к утру все заказы огородника были выполнены. Надели джигиты новые мяхси и гобо и тронулись в путь. Когда настал вечер, отряд огородника подступил к стенам того города, где жил падишах. Все жители города спали, а у четырех ворот крепости стояла стража. Огородник приказал джигитам снять стражу, и отряд вошел в город. Огородник и еще несколько джигитов пробрались во дворец падишаха. Разыскали они покои, где он спал, разбудили падишаха и сказали, что пришли отомстить ему. Понял тут падишах, что его дела плохи, и взмолился: — Не убивайте меня! Любую вашу просьбу исполню. Тогда огородник сказал: — Мы сохраним тебе жизнь, если ты исполнишь три наши просьбы. Отмени свой приказ о том, что твои придворные могут брать бесплатно все. что им вздумается. Затем обложи данью в нашу пользу всех богатеев города. И потом сделай так, чтобы все люди — и бедняки и богачи — были в твоем городе равны. Согласен ли ты выполнить наши условия? — Да, да, я на все согласен, только не убивайте меня. На следующий день огороднику принесли много мешков эршефи. Увидел падишах мешки с деньгами и от злости слег в постель. А огородник взял эршефи, вышел на площадь и стал раздавать монеты беднякам города, приговаривая: — Берите, берите! Эти эршефи ваши. Тем временем кто-то из толпы на площади крикнул: — Падишах наш умер! Падишах умер! Побежал огородник во дворец падишаха. Смотрит, а падишах и впрямь лежит мертвый. Рядом стоят его слуги, одни плачут для вида, другие молчат. — Что сказал падишах перед смертью? — спросил огородник. — Он написал вот это завещание,— ответили ему. Огородник взял завещание и прочитал: «Пусть все, что после меня осталось, отправится вслед за моими эршефи». Падишаха похоронили. На восьмой день справили поминки и на том успокоились. Но нет, до спокойствия было далеко. Кому же быть падишахом города? Как понять слова, написанные в завещании? Собрали всех мудрецов города, чтобы они растолковали завещание. — Падишах знал: в чьи бы руки его эршефи ни попали, они все равно вернутся в его казну,— сказал один мудрец. — Нет, ты не прав, почтеннейший,— возразил другой.— Падишах имел в виду казначея. Долго спорили они, но так ни до чего и не договорились. Тогда они решили пригласить из другого города самого мудрого из мудрецов. Приехал мудрец. Рассказали ему обо всем и дали подумать семь дней и семь ночей. Шли дни. И вот на восьмой день вновь собрались все мудрецы и старейшины города на совет. — Так вот, почтеннейшие мои старцы,— начал мудрейший из мудрых.— Вы говорите, что падишах вдруг сильно занемог. Так вот, о чем бы думали вы на его месте, зная, что ваш смертный час близок? Думали бы вы тогда о потерянных эршефи, о своем богатстве, или вам было бы все безразлично? — С собой в могилу ничего не возьмешь,— сказал один из мудрецов. — Правильно,— сказал премудрый старец.— И еще вопрос: кому тогда принадлежали эршефи падишаха? — Огороднику,— ответили все. — Нет, не мне, а беднякам,— поправил огородник.— Я им все эршефи раздал. — Правильно говоришь,— согласился мудрец.— Значит, теперь по завещанию падишаха все оставшееся его богатство принадлежит народу. Огородник оповестил жителей города о решении мудреца и раздал всем беднякам богатства падишаха. А жители города назначили справедливого огородника новым падишахом. Так бедный огородник стал падишахом. Всех своих воинов он сделал везирами, векилами, нукерами. А вместо приказов старого падишаха он издал новые, справедливые законы.

Отсюда.
Tags: Народные сказки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments