Хильд из Вильнюса (hild_0) wrote,
Хильд из Вильнюса
hild_0

Вместо пятничных котиков - очередная сказочка про Элрика и Библиотеку.

Дорожные приключения


Дисклаймер: Невыразимые наслаждения, попытки научиться вязать, рыжий эльф с кучей братьев, размышления о мелнибонийском детстве, утконосах, конфуцианцах − и печальный финал.
Пэйринг: Элрик, маг, сказочные герои, дети, эльфы, лисы с книгами, кошки с тайнами и другие.

− Послушай, я вот еще что хотел спросить... − в тщетной надежде Элрик заглянул в кофейник, прикинул, не сварить ли еще, но решил полениться.
Пусть маг варит.
У него вкуснее получается.

− Слушаю тебя, − ответил старший библиотекарь, мысленно приготовившись к очередному идиотскому вопросу.
− Праздник этот... Где ты собираешься взять для него детей? Ну, кроме некромантов, само собой.

− Библиотеку посещает немало детей, если ты не заметил.
− Такое сложно не заметить, − буркнул герой, пытаясь прогнать ужасные воспоминания. − При всем желании... Я хочу сказать... То есть спросить. Сколько им лет, что они читают, и все такое. Мне тут подумалось, что это может быть важно.
На самом деле идея принадлежала не ему, но признаваться в этом Элрик, понятное дело, не собирался.
− Возьми журнал регистраций, да посмотри. В чем проблема-то? − удивился маг и поставил на огонь следующую порцию.


В детский зал Элрик ходить не любил. Сам факт, что кто-то пишет книги специально для детей, безмерно удивлял героя, вызывая легкое недоумение.
И, пожалуй, зависть.


Заправляла там огромная серая кошка с мудрыми глазами − Элрик подозревал в ней волшебное существо. Маг часто сажал госпожу смотрительницу к себе на колени, гладил, вычесывал пушистую шерстку, ласково беседовал с ней. Элрику казалось, что эти двое хорошо понимают друг друга − и что кошка каким-то необъяснимым образом старше и мудрее главного Библиотекаря, который еще в Атлантиде учился...
Может, они родственники?
Или бывшие любовники?

Хотя почему бывшие? Если уж он умеет превращаться в тюленя...
Но тюлень с кошкой?
Нет, наверное, ничего не получится, − Элрик попытался себе это представить, а потом − забыть получившуюся картинку.

...Он несколько раз собирался поговорить с госпожой Феей, но почему-то робел перед спокойным взглядом огромных янтарных глаз. Казалось, в них скрыта мудрость веков − более того, его не оставляло чувство, что кошка знает о его жизни все и могла бы понять его лучше, чем он сам.
Это-то и тревожило − Элрику казалось, что ее мнение о некоторых его поступках, а то и умственных способностях может оказаться, мягко говоря, нелестным.
И что в чем-то она даже права, как бы ни было обидно.

Порядок в своих владениях госпожа смотрительница поддерживала с помощью ласки, нежности, кротких взглядов, хитрости, манипуляций и иногда когтей. Ладно, он был согласен с тем, что кошку (особенно волшебную) можно было как-то научить находить нужные книжки − в конце концов, он же научился!
Но регистрационный журнал там заполнялся не иначе как по волшебству.

Даже обидно − почему кошка так умеет, а он нет? Большую часть рабочего времени она вообще спит − а все как будто само собой делается.

Или, может, быть, это тайное знание, доступное только тем, кто проработал в Библиотеке не менее ста лет?


...Элрик знал, что в прежнем мире родители нередко пугали детей его именем. Во всяком случае, он привык так думать – и ему это даже нравилось. Во-первых, соответствовало образу кошмарного мелнибонийского чудовища, во-вторых, здорово помогало ощущать себя романтически-несчастным злодеем. А в-третьих и в главных − к нему редко приставали с требованием покатать на спине, купить игрушку или рассказать еще одну сказку.

Но то ли жители этого мира, посещавшие Библиотеку, легкомысленно относились к своим родительским обязанностям, то ли дети оказались на редкость непонятливыми... Ну, или у них было свое мнение о том, что полагается делать с монстром из страшилок. Например, познакомить его с дюжиной кукол, или с разбегу напрыгнуть на ужасное мелнибонийское чудовище с ликующим воплем: "Лошадка, покатай!!!"
В крайнем случае попытаться отнять у него леденец.
И это немного пугало.

То есть не то чтобы ему не нравилось − в конце концов, у него никогда не было кукол, да и мягких игрушек тоже, он с интересом выслушивал, кто на ком женат и уже не удивлялся, узнав, что у одноглазого плюшевого мишки и его супруги русалки дочка − самолетик, а сыновья − жираф и утконос. Отчего бы и нет. В конце концов, если его сородичи произошли от драконов...

"Интересно, − подумал Элрик, макая пирожное в кружку, − был бы я счастливее, будь в моем детстве побольше утконосов?"


...Ему нравилось думать о себе как о драконе − он, как и те, тоже очень любил спать и мог предаваться этому занятию сутками. А уж в том, чтобы дремать с кружкой кофе и тарелкой печенья, с ним вообще мало кто мог сравниться.
Особенно если к печенью прилагалась сгущенка − благодаря особенностям мелнибонийской физиологии герой мог есть столько сладостей, сколько ему заблагорассудится и не тревожиться о том, выдержит ли его лошадь − это было одной из милостей, оказанных его народу богами в давние времена. Правда, сейчас древние боги мертвы или лишились силы...
Но подарки же обратно не забирают, ведь правда?
Может, если бы драконам выдавали печенье и другие сладости, они просыпались бы охотнее?

Позже, когда Элрик завел Фейсбук и нашел там всех своих друзей, он задал этот вопрос Повелителю Драконьих Пещер.
− Бред! − ответил Дивим Твар, − не сработает!
А потом: "Не напасешься."



...В детский зал Элрик тогда забрел случайно, разыскивая любимую кружку. Причем это была любимая кружка мага, а герой как-то взял ее − ну, по той же причине, по которой иногда хочется взять чужую любимую вещь, даже если знаешь: случись с ней что-нибудь, владельца это очень огорчит, а у тебя самого могут быть неприятности.
Особенно если знаешь...

Кроме того, кофе в ней получался вкуснее, чем в любой другой − в этом Элрик убеждался неоднократно.

Вначале ему показалось, что в зале пусто − точнее, почти пусто. Маленькие девочки что-то рисовали за столом, на подоконнике, задумчиво глядя в даль, сидел с книжкой подросток неопределенного пола и совершенно эльфийского вида. А на толстом пушистом ковре, покрывавшем пол, совсем мелкие дети разбирались с книгой-головоломкой − знаете, такой, где нужно вставлять в пазы фигурки животных, предметов, и тогда получается связная история. Элрик, когда только появился в библиотеке, два вечера провел за такими − а ведь были еще паззлы и наклейки!
В общем, он собирался все быстренько осмотреть − дети были заняты какими-то своими делами и, казалось, не представляли особой опасности.

Но внезапно взгляд героя упал на рисунок одной малышки − стеклянные башни, острова за дымкой тумана, драконы, парящие в золотом небе... Таким порой бывал Имрир при хорошей погоде. Или, скорее, мог бы быть, потому что город казался очень светлым, было ощущение, что люди там живут хорошие и жизнь у них радостная − возможно, таким он был когда-то, пока жители еще не предались злу...

Но тут дитя заметило его взгляд. С виду совершенно обычная человеческая девчонка
- плотненькая, основательная, круглая мордашка, огромные глаза, носик кнопочкой, синий комбинезон, расшитый яркими бабочками, длинный пушистый хвост...
Словом, ничего мелнибонийского в ребенке не было.

Элрик искренне похвалил рисунок.
И ненавязчиво, как ему показалось, поинтересовался, что изображено на картинке.

По словам художницы, это действительно было совсем другое место − и за несколько минут он получил множество сведений о призрачных островах, их обитателях, драконах и не только, о волшебных башнях, о чудесных городах, о садах с золотыми яблоками и с конфетными деревьями и о многом, многом другом.
А через несколько мгновений − он не совсем понял, как, это произошло − герой уже сидел на неудобном диванчике, явно рассчитанном на кого-то раза в два меньше него ростом, а все три девы (пяти, пяти с половиной и почти четырех лет) − устроились у него на коленях и наперебой рассказывали ему о сказочных мирах, приключениях, чудовищах и о девах-воительницах, спасавших прекрасных юношей...
Очень скоро он запутался в переплетении имен и названий и потерял нить повествования, затрудняясь вспомнить, какая дева кого спасла и что сделала потом.

Элрик настолько потерял голову, видимо, поддавшись женскому очарованию, на которое всегда был падок, что предложил им поиграть в драконов − сам, никто из девиц его об этом не просил! Почему-то тогда это показалось ему тогда неплохой идеей.
Что тут такого, весу в малявках как в котенке, а он-то большой и сильный, − подумал бывший император Мелнибонэ.

Но после того, как он покатал трех дев, оказавшихся гораздо тяжелее, чем можно было предположить − по три круга по залу, вместе и по отдельности (а намеревался-то по одному, не больше), к нему подошли ребята, что до того тихо-мирно возились с книжкой, и попросили покатать и их тоже. А потом и еще какие-то дети, которых до того в зале определенно не было...

Спас уставшего героя тот самый эльф-подросток, что само по себе было обидно. С ужасом увидев, что это создание приближается к нему, Элрик начал было соображать, сколько оно может весить и как бы поделикатнее отказать, чтобы не обидеть.
Но вместо требования покатать (а потом еще и еще, а потом самый последний разочек!) получил очень вежливый вопрос, где можно найти книги по кораблестроению и военной истории.
И не мог бы господин библиотекарь, когда у него найдется свободная минутка... − потому как все, что было здесь, уже прочитано...
Разумеется, господин библиотекарь мог бы − с плохо скрываемой радостью Элрик ссадил с себя очередного малыша, погладил по голове, объяснил: − "работа", выдал горсть леденцов, охотно показал своему спасителю все, что его интересовало, − и встретил понимающий взгляд.
Как там он сказал: "У меня самого семеро братьев"? Или "шестеро"?


А чашка потом нашлась − на сушилке для свежевымытой посуды. Видимо, Элрик сам ее туда убрал и забыл.
Ну или рыжий эльфенок так круто о нем помолился. Вроде как обещал...

Видимо, и вправду есть на свете некая благая сила, которая хранит библиотекарей от неприятностей и возвращает потерянные чашки.
Если бы она еще и книжки искать помогала!

Нет, сам он молиться не пробовал.
Очень ему нужно!

...Маг считал, что у героя душевная травма и религиозный кризис. Элрик же полагал, что кризис − это у Котика, который убил каких-то злодеев в святом месте и полагает, что Безличное Мироздание ему этого никогда не простит.
Конечно, нет − оно вообще вряд ли способно кого-нибудь прощать.
Как и гневаться – на то оно и Безличное!
А у него, у Элрика, просто адекватный взгляд на ситуацию.
...Когда всю жизнь поклоняешься богам тьмы и хаоса, молишься им как дурак, чтобы, например, не спросили на уроке − и в тот день действительно не спрашивают, поскольку наставнику вздумалось отправить весь класс в какое-нибудь жуткое измерение, населенное ужасными чудовищами и ночными кошмарами, кто выжил − считай, повезло...
А потом, став большим и умным, призываешь по доброте душевной Ариоха, не особенно интересуясь последствиями, хотя они были честно озвучены крупным шрифтом − все равно это случится через книгу, а может, даже и через две! А тот, вместо благодарности, подсовывает герою черный меч, одержимый жаждой убийства − уже не только читатели догадываются, но и Википедия пишет, что у них практически интимные отношения... А потом, когда жизнь внезапно начинает налаживаться, вообще наступает конец света − и как после этого можно доверять богам?!


− Знаешь, − сказал Элрик, − во время путешествия за книжками я встретил одну деву... очень юную и совершено невинную. Представь себе, она попыталась научить меня плохому. Меня! Бывшего императора Мелнибонэ!
− И как? − полюбопытствовал маг. − У нее получилось? Юные девы порой бывают в этом смысле удивительно изобретательны...
− Но мне и в голову не могло...
− Охотно верю, − кивнул хранитель волшебной библиотеки. − Надеюсь, ты пощадил ее невинность?
− Разумеется! Я сделал вид, что никогда прежде не знал ничего подобного. Хотя наливать пиво в блюдечко, чтобы скорее остыло, мне действительно прежде не приходило в голову. И жарить грибы со сметаной... Я всю жизнь считал, что их курят. И смотреть аниме... Это такие мультики по комиксам − даже читать не надо, сами все показывают, да еще и поют! И думать тоже не надо, потому что логика там мелнибонийская...
− Я знаю, что такое аниме, − веско произнес маг.
− Ты не знаешь, что было потом! Она объяснила мне, как организовывать детские праздники! В смысле, не только детские... Вообще, мне кажется, стоит позвать ее на помощь − у девчонки множество идей. А то у меня все-таки лучше получается пить пиво.
− А что за дева? − заинтересовался маг.
Элрик вообще очень редко рассказывал о своих дорожных приключениях.


...Когда герою наконец-то надоела пустыня, он вдруг оказался в дремучем лесу в котором, тут же заблудился. Но и это было уже хоть какое-то разнообразие.
"Полезные травки!" − ликовал Элрик − "Грибы! Ягоды! Опять грибы! Болото!"
Правда, кофе у него давно уже закончился, еда закончилась еще раньше, и он пребывал в своем излюбленном состоянии "щас помру", а травки были представлены одной только невероятно полезной крапивой* − зато ее было много. К счастью, он заметил в чаще леса небольшой домик на сваях − то есть сначала ему показалось, что это не совсем сваи, но герой решил, что во всем виноваты грибы.
Или ягоды...
*Позже Элрик случайно прочел в каком-то справочнике, что из крапивы, оказывается, делают суп, салаты, множество лекарств и других полезных вещей. А так же именно ей, по легенде, жители Мелнибонэ были обязаны изобретением штанов.

Хозяйка домика оказалась очень милой пожилой волшебницей. Она накормила героя, напоила, вымыла его в бане (интересные у них, у волшебниц, обычаи!) и даже не пыталась съесть, проворчав что-то про кожу да кости.
А потом они весь вечер беседовали о травах − оказалось, что пожилая дама разбирается в них гораздо лучше, чем он сам. В какой-то момент герой даже подумал, что такой могла бы стать его мелнибонийская возлюбленная, доживи она до преклонных лет.
Или его мать, которую он никогда не видел...

И настойки хозяйка готовила совершенно удивительные − на можжевельнике, на крапиве, на еловых шишках и сосновых орешках (или наоборот?), на крысах, на змеях, на лягушках...
А какие блины она пекла, утверждая, что "добру молодцу упитанным быть должно", и как здорово у нее получалось зелье, снимающее похмелье − Элрик даже куда-то записал рецепт...

А как увлекательно она рассказывала о разных придурковатых героях, которых то и дело заносила к ней судьба − Элрик давно так не смеялся и пару раз даже чуть не упал с лавки. Поэтому вечером, когда хозяйка спросила, с кем он предпочитает провести ночь, с ней или с ее дочерью, герой даже не колебался − и до утра помогал хозяйке распутывать пряжу, сматывая ее в клубки, так что потом даже руки болели.

Сам он рассказал хозяйке о Библиотеке, о своих приключениях, а на коленях у него мурлыкал огромный черный кот с царским именем. Время от времени зверь просыпался и выпускал когти, больно впивавшиеся Элрику в ноги − видимо, чтобы показать, кто здесь хозяин, ну и чтобы не упасть. И черные кожаные штаны, в которых герой обычно путешествовал, ничуть этому не препятствовали...
А еще хозяйка попыталась научить Элрика вязать – во всяком случае, он твердо усвоил, что безобидные с виду спицы могут быть грозным оружием, не хуже волшебного меча. И куда коварнее – мало кому придет в голову почесать мечом нос...
Результат его ночных трудов был немного похож на носок – а может быть, шарфик или носовой платок в стиле "фриформ". Элрик подумал, что такие носки, наверное, могли бы носить твари Хаоса и назвал это про себя "носком Ариоха". Интересно, понравится ли Ариоху сочетание ядовито-зеленого с ярко-розовым?

Наутро хозяйка вернула ему книги − сама, без напоминаний.
− Ох и потешил ты меня, гость захожий! Давненько ко мне молодцы библиотечные-то не заглядываали, − подмигнула она.
И герой с удивлением узнал, что хозяйка была знакома с магом ("Ваш-то старший в молодости был − ух! Извращенец..." − и мечтательно закатила глаза.)
И очень, очень удивлялась, узнав, что Элрик ему не сын, не внук и вообще не родственник − ведь так похожи!
Ведьма даже подарила ему одну книгу − свою собственную и наверняка волшебную. Та долго не хотела открываться, норовила укусить, но Элрику это было не страшно − он был уже инфицирован Библиотекой.
Впоследствии оказалось, что книга почти пуста − там было только несколько рецептов варенья и магических зелий, а все остальные страницы чистые. Элрик попытался использовать ее в качестве журнала для записей, но книга сопротивлялась − некоторые записи таинственным образом исчезали, и утром Элрик находил страницу девственно чистой, напротив других (обычно это были стихи и размышления о бренности Элриковой жизни) появлялись ехидные комментарии...
В конце концов он стал использовать ее в качестве напоминалки − книга, вроде, не возражала. Правда, порой бывало, что откроешь, а на первой странице написано, что сегодня стоит делать, а чего категорически не стоит.
Хотя он этого точно не писал.


С дочкой волшебницы Элрик познакомился на следующий день. Хозяйка куда-то улетела, забрав с собой кота, наказав герою ни в коем случае не выходить из дому и оставив ему полную миску ватрушек с творогом. Казалось бы, книги и еда, чего еще нужно − но Элрик неожиданно заскучал. К тому же снаружи то и дело доносились жуткие завывания, крики, уханье − и ему было очень любопытно, что же там происходит.
К счастью, он заметил лесенку на второй этаж, которой вчера не видел − вообще, лесной домик внутри оказался гораздо просторнее, чем снаружи. О запрете гулять по дому речи не было, поэтому Элрик поднялся наверх − и оказался в небольшой светлой комнатке.

Если внизу у ведьмы все было как положено − крохотное окошко, большая печь, закопченные горшки, домотканые половики, пучки трав и связки грибов, свисающие с потолка, склянки с непонятно чем, срамные лубки на стенах − то здесь было куда просторнее и вообще иначе. Большие окна, кровать с черными в розочках занавесками, расписные сундуки, на стене изображения каких-то странных существ, большой лук и колчан со стрелами, в углу книжные полки, стойка с мечами, а над ней − свиток с изображением цветущей яблони и какими-то стихами...

За столом сидела совсем юная девушка в сарафанчике и кокошнике − и ее нежную прелесть ничуть не портили ни угольно-черные усы, ни шерстка того же цвета, ни мохнатые ушки, мгновенно повернувшиеся навстречу герою, ни огромные зеленые глазищи, и уж конечно, ни длинный пушистый хвост с белой кисточкой на конце. А стройная фигурка, а черная коса до пояса − взору его предстала замечательная красавица. Лишь немного позже он заметил, что сарафан доходил деве едва ли до колен и вообще скорее напоминал рабочий халат мага, а темно-синие штаны из грубой ткани были украшены загадочными узорами и яркими заплатками. Элрик вспомнил, что кошки, кажется, совсем видят цвета как-то совсем по-иному. А еще загадочные символы, мелким бисером вышитые на кокошнике...
− У тебя случайно нет звуковой отвертки? − Спросила дева, не оборачиваясь. Элрик дважды перерыл сумку, прежде чем сообразил, что впервые слышит о предмете − но ведь она спросила "случайно".

Девушка склонялась над чем-то, напоминающим плоскую квадратную тарелку, рядом лежали какие-то инструменты. И большое черное яблоко с листиком − кажется, надкусанное...

Красавицу звали Василисой.
− В честь батюшки, − смущенно пояснила она, потупив глазки.
Вместе им как-то удалось починить волшебную тарелку, оказавшуюся чем-то вроде говорящей книги с картинками (Ох, не надо было туда пиво-то наливать! Или наоборот, надо было?...)
И счастливая кошкодева показала Элрику несколько совершенно безумных историй без начала и конца − впрочем, они понравились герою именно своей абсурдностью.

Потом сидели на крыше и пели песни − Василиса сменила сарафанчик и рабочие штаны на короткое черное-розовое платьице с пышными рукавами и множеством кружевных оборок, в котором выглядела очень соблазнительно. Оказалось, что дочка ведьмы неплохо играла на гуслях и чем-то вроде треугольной мандолины, да и голос у нее был приятный − теплый, нежный, слегка помуркивающий... Потом она рассказала еще несколько историй о странных героях, научила Элрика курить траву (он решил быть снисходительным к невинным девичьим фантазиям) и пить пиво из жестяных баночек. Элрик тоже рассказал несколько историй и позвал девушку в гости в Библиотеку.

А после, за обедом − кошкодева сделала что-то вроде пирожков из риса и соленой рыбы (пока матушка не видит!), причем рыбы было существенно больше, что герой всячески одобрил − Элрик рассказал девушке о задании, над которым маг его просил его "подумать". Вообще-то он не собирался этого делать, но Василиса оказалась девушкой проницательной и практически точно угадала все его печали:
− Царство твое сгинуло, жену злыдни украли, друзья в битвах полегли, или дело поручили трудное, да такое, что не знаешь, как и подступиться.
Он не стал говорить, что жену действительно похитили − потому что пришлось бы рассказать, как все было, чем все закончилось, и кто всему этому причиной. А ему не хотелось расстраивать такую симпатичную кошкодеву...

И Элрик рассказал о дне книги и о детском празднике, который ему поручили организовать.
− А что за дети? − спросила девушка, − Из какой они сказки, сколько им примерно лет и что они читают?
Элрик признался себе, что этот вопрос его ни разу не интересовал − какая разница, человеческие ли дети или, скажем, драконьи. Или вообще из Вращенцев, где как известно, водятся самые разные существа. Девушка сказала, что от этого зависит программа.
− Поможешь мне с посудой, − улыбнулась кошкодева, − а я тебе план вкратце набросаю...
И, пока герой мыл посуду, Василиса взяла перо, лист пергамента, и тут же, за столом, сочинила план − точнее, три разных плана и еще множество идей − словно бы это не составляло ей никакого труда.
... − А еще можно − конкурс чтецов, произведений по мотивам, загадки, литературную викторину устроить, потом призы... − у тебя найдутся призы?
Элрик заверил девушку, что, разумеется, найдутся. Он смотрел на Василису с изумлением и не мог отделаться от ощущения, что рядом с ним рождается чудо.


Следующим в его списке значился какой-то змей. С ним тоже вышло неплохо − сначала Элрика попытались сжечь, но он увернулся и продемонстрировал Обходной Лист, отражавший пламя лучше иных волшебных щитов. В Мелнибонэ герой привык общаться с драконами при помощи специальных песен на древнем языке − и он запел, прося не съедать его и принять как дорогого гостя.
Дракон прислушался, потом растрогался и прослезился − оказывается, ей никто ничего не пел со времени ухаживания. И все равно это было не совсем то... Поэтому всю ночь он развлекал драконицу, оказавшуюся женой Змея, ее маму, приехавшую в гости, подруг и змеенышей (самого Змея дома почему-то не было) песнями, плясками, магическими фокусами и байками про героя со звуковой отверткой, который так нравился пушистой Василисе.
Правда, между делом пришлось зарубить нескольких пришедших убивать чудовище приключенцев, с которыми ему так и не удалось объясниться. Зато книги ему вернули все, в целости и сохранности − под утро Змея вручила ему дюжину фолиантов из человеческой кожи...


А через пару дней его попытались убить загадочные всадники в черных плащах. Элрик встретил их, и, как водится, поинтересовался, а нет ли у них библиотечных книг, которые давно пора бы вернуть?
− Уууууу! − ответили всадники так, что кровь леденела в жилах. Очевидно, книг было много, и держали они их не одну сотню лет, даже не думая продлевать.
А потом они почему-то начали стрелять в героя то ли отравленными, то ли магическими стрелами − теми, на которые позже так ругался маг.
Но Элрик их победил и книги забрал − не оставлять же их таким невежливым злодеям!

Из любопытства просмотрел, что они там читают − альбом очень приятных картинок какого-то Гайгера под названием "Невроз" − Элрик узнал в них парочку своих любимых кошмаров. По его мнению, автор поскромничал − это стоило бы назвать, как минимум, шизофренией.
Или "Повседневная жизнь позднего Мелнибонэ"?

Дальше были "Правила для Темного Властелина" − в общем, достаточно здравые. Если бы в свое время попали ему в руки...
Впрочем, Элрик все равно бы ими не воспользовался, решив, что таким, как он, правила не нужны.

И еще были потрепанные, зачитанные до дыр комиксы − на ближайшем привале Элрик с интересом взялся изучать их, надеясь, что там будут герои, приключения, полуобнаженные красотки, или хотя бы кошки − но оказалось, что там сплошные девицы. Причем, как он понял, школьницы − а столь юные девы Элрика не интересовали. Во всяком случае, не в этом качестве. Хотя сначала ему показалось было, что это скорее куртизанки...
Элрик не очень понял, что они в этих самых школах изучали, понял только, что в тех краях очень жарко, поэтому девицы носили невероятно открытые блузки и очень, очень короткие юбочки, из-под которых все время выглядывали... ну, как бы это назвать? В Мелнибонэ ничего подобного не носили...
А жаль.

После нескольких страниц героя охватили смутные подозрения.
Он знал, что Зариния училась в какой-то школе для девиц из благородных семей, но чему их там учили, Элрик никогда не интересовался, полагая, что, наверное, какой-нибудь нудной женской ерунде.
Шитье там, готовка и прочее домашнее хозяйство...
Правда, Зариния никогда ничего не шила, хозяйством не занималась, да и на кухне он ее тоже никогда не видел.
Выходит, эта ерунда может выглядеть... Ну, например, вот так? Или так...
Или даже этак?

А когда она шла в гости к подругам − вот чем они, оказывается, занимаются, когда мы не видим!
Элрик мог бы понять и принять многое − в конце концов, он родился и вырос в Мелнибонэ, а потом регулярно расширял свое образование, в том числе и с помощью комиксов. И то, что женщины тоже люди, он знал... Ну, теоретически.

Но от мысли о том, что девушки, собираясь в своем кругу, точно так же пьют кофе (ну, или чай), едят плюшки и обсуждают мужчин, ему было слегка не по себе.
Что-то в этом было такое... неправильное. Одно дело когда мы их, и совсем другое – когда они нас...
*Брантома этот факт в свое время тоже слегка шокировал.

...А черные всадники еще несколько недель являлись ему в кошмарных снах, жалуясь, что он отнял у них единственное удовольствие (правда, так и не пояснили, комиксы или "Шизофрению" они имеют в виду), лишил их, можно сказать, радости чтения и познания нового. И что без "Советов" их господин никогда не сможет не победить силы Разума. Или Добра? В ответ Элрик замечал, что за нападение на работника Библиотеки мог бы и читательский билет отобрать − пусть радуются, что обошлось.
На самом деле он просто забыл − и опасался, что этот случай станет известен и подпортит ему репутацию злого библиотекаря в черной коже и красном плаще...
Потом всадники ему надоели, Элрик напился валерьянки, к нему пришли кошки и несколько ночей он спал без сновидений. Известно же, что кошки умеют прогонять всякую нечисть.


− Кстати, − сказал Элрик, − пока я не забыл. Приключилась со мной в пути забавная история...
− Ну-ну? – заинтересовался маг, наливая себе и помощнику кофе с чесноком, острым перцем и розовой солью.
− Еду я, значит, по дороге и вижу двух лисов...
− Они читали книгу и смеялись? − насторожился старший библиотекарь.
− Не, книгу у них отобрал какой-то местный хулиган. И они собирались ее вернуть, потому как книга библиотечная. Я, конечно, предложил им свою помощь − то есть я бы и так, конечно, предложил. Но они сказали, что должны это сделать сами, дело чести, все такое − я только подкинул им парочку идей по части стратегии... И они пригласили меня в гости. Ну, подождать, пока они эту книгу вернут, да пока перепишут... Да, книгу они держат уже почти триста лет, но копию снимать нужно было, конечно, в последнюю ночь.
− Так всегда делается, − подтвердил маг. – Закон природы такой.

− А чтобы мне не было скучно одному, они позвали свою сестру. Очень симпатичная белая лисичка с тремя хвостами. Милая такая, пушистая... Образованная, начитанная, умненькая... Знает толк в различных искусствах, как у них говорится, − Элрик многозначительно посмотрел на мага. − Мы провели вместе несколько ночей и остались довольны друг другом. Во всяком случае, я. Пили вино, беседовали о литературе и предавались неудобосказуемым... В смысле, неизъяснимым наслаждениям. Ну, не могу я изъяснить, какое это наслаждение − заполнять формуляры на китайском языке и расставлять книги по этому их алфавиту, а также по цвету и запаху! Чего ты улыбаешься? Им так проще находить, они же лисы!
Ей удалось совершенно вымотать меня... Я совсем запутался в этих их дурацких китайских классиках − у них такие похожие имена... Уж лучше Котик с его Достоевским!
− Я знаю... − начал было маг, но герой перебил его:
− Ты и представить себе не можешь, какой у нее красивый почерк, как аккуратно она заполняет карточки, − сказал Элрик, наслаждаясь удивлением своего начальника. − Мне даже удавалось отличить один иероглиф от другого. Пару раз... А в искусстве подклеивать книги ей вообще нет равных!
− Насколько у вас все серьезно? − как бы небрежно поинтересовался маг.
− Мимолетное дорожное приключение, − пожал плечами Элрик. − Ты же знаешь, я как бы женат...
− Ты не собираешься туда вернуться?
− Придется, − вздохнул Элрик. – Книгу-то я забыл... Думал, на обратном пути заеду – но меня тогда чуть не убили... А еще она просила научить ее переплетать книги...
− Это, несомненно, интимный процесс, − кивнул волшебник.
− Послушай, может быть, ты мог бы... Мог бы отвезти ей от меня записку, когда поедешь туда еще раз? − в голосе библиотечного мага звучало с трудом скрываемое волнение.

Элрик от души наслаждался смущением друга.
− Опомнись, она же оборотень! Ей, наверное, тыща лет, с хвостиком! А то и две...
− Думаешь, такая молоденькая? − насторожился маг. − А хвосты − не сданные экзамены?
− Да нет, вряд ли... Я диплом видел... Два университета, с отличием, все такое. История... Или культура? В общем, одна специальность какая-то культурная, а вторая, кажется, не очень... Но она же лиса-оборотень! А они убивают мужчин, выпивая их жизненные силы! Я не хочу становиться старшим библиотекарем, я императором уже был и ничего хорошего это не принесло! А это, наверное, куда тяжелее...
− Резонно... − Задумчиво произнес старший библиотекарь. − Да, по молодости они, бывает выпивают какого-нибудь дурака-студента. Но обычно только в первые пятьдесят лет. Да и со студентами порой иначе просто никак... Если хочешь из него хоть что-нибудь вытянуть...
Кроме того, я-то давно не студент. И ни разу не конфуцианец!
− А что, они вкуснее? − полюбопытствовал Элрик.
− Нет, но их часто хочется съесть. Или хотя бы откусить что-нибудь. И потом, после русалок Атлантиды...
− А что русалки?
− Ничего. В том-то и дело, что ничего! Так ты думаешь, ей всего тысяча?
− Не знаю... У нас в Мелнибонэ считалось, что спрашивать у женщин о возрасте − дурная примета, это может здорово сократить твою собственную жизнь. Но я видел у нее пушистые ушки и и три белых хвоста, выглядывающие из-под платья. Хотя несколько раз я видел ее и без хвостов, полностью в человечьем облике. Так что мне кажется, хвост был скорее для кавая − что говорит о мудрости девушки. А еще они просили составить им каталог их домашней библиотеки − по запаху. Им так искать удобнее...
− Будешь составлять? − Как бы невзначай полюбопытствовал старший библиотекарь.
− Честно говоря, лень. Делать мне больше нечего, − зевнул Элрик. − Да и не очень представляю, как это... Я ж их китайскую грамоту почти не понимаю... − мелнибониец положил в рот последнее печенье.
− Тогда я сам сделаю, − маг аж подскочил, − если ты не возражаешь.
− Ничуть, − пробормотал герой с набитым ртом.
Маг вскочил и приплясывая покинул комнату − наверное, побежал писать письмо, хвастаться прекрасной лисичке, как он здорово умеет составлять по запаху каталоги и описи...

И вдруг бывший император сообразил, что это ему, Элрику, осталась гора немытой посуды, а кофе, плюшек и чистых чашек больше нету.
Несколько мгновений Элрик раздумывал, опечалиться ли ему, или, может, в который раз проклясть судьбу, но решил, что это ничего не даст. Во всяком случае, ничего хорошего.
И взялся за тряпку.
Ну почему всякая фигня случается со мной, - подумал Элрик


Через несколько месяцев и полдесятка историй, когда Элрик наконец-то встретил свою жену, он задал-таки ей вопрос, беспокоивший его все это время: чему ее учили в школе для девиц из хороших семей?
− Вести дом и угождать мужу, − рассмеялась Зариния.
И взяла веник.

Уборкой она никогда не занималась.

Предыдущие истории по тэгу
Прекрасному silent_gluk огромное спасибо за редактирование и вообще!
Tags: А кот Василий все видел, Библиотечные сказки, Кошки, Мои тексты, Сказки, Юмор
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 58 comments