Хильд из Вильнюса (hild_0) wrote,
Хильд из Вильнюса
hild_0

Бран, с днем рождения!

Здоровья Тебе и близким, радости, мудрости, сил, умных учеников, хороших игр и встреч с друзьями. И еще чего-нибудь хорошего-приятного.


Татские сказки (знает ли кто-нибудь, что это за народ?)


"Катитесь, катитесь, лепёшки".

Жили некогда муж и жена, и было у них трое детей — две девочки и мальчик. Дружно жили они. Мать очень любила своих детей, и дети тоже любили ее. Она говорила детям, чтобы они никогда не ссорились и не делали друг другу зла. И дети росли дружными и добрыми и всегда играли вместе. Когда сыну исполнилось восемнадцать лет, одной девочке — одиннадцать, а другой — четырнадцать, мать умерла. Похоронили ее со всеми почестями, поплакали, и стали дети жить еще дружнее. Ведь недаром говорят, что горе объединяет людей. Но случилось так: отец привел в дом новую жену, а детям наказал слушаться ее. А мачеха оказалась злая-презлая. С первых же дней она возненавидела детей, стала заставлять их делать всякую трудную и тяжелую работу. Бывало, скажет она мальчику: — Натаскай в котел воды из пруда! А на улице мороз. Сестры возьмут ведра и вместе с братом натаскают воды. А бывало и так. Злая мачеха смешает рис и пшено с золой и заставит девочек целыми днями перебирать крупу. А брат тоже с девочками перебирает, сестрам своим помогает. Словом, как ни старалась мачеха избавиться от детей, ничего у нее не получалось. Дружба их была сильнее, чем козни мачехи. И решила тут мачеха отправить мальчика на тот свет к матери. Знала она, что никто еще с того света не возвращался, и говорит: — Мать-то ты свою любишь, а ни разу не сходил на тот свет проведать ее. Всю свою нелегкую жизнь она, бедная, вам отдала... Ступай на тот свет, побудь у матери с недельку, порадуй ее. Ничего не оставалось делать мальчику. Вырубил он в лесу себе палку и собрался в путь-дорогу. А сестры наполнили ему хурджун лепешками и проводили. Долго шел мальчик. Много дней и ночей провел он в пути. Наконец остановился на перепутье. Стоит мальчик и думает: «По какой же дороге дальше идти?». Но тут из-под земли вышел маленький старичок и спрашивает: — Мальчик, мальчик, куда путь держишь? Рассказал ему мальчик все как есть. А старичок говорит ему: — Не ходи на тот свет. Мачеха послала тебя туда, чтобы ты назад не вернулся. Ведь никто еще с того света не возвращался. Ступай назад! — Нет,— говорит мальчик,— назад я не пойду. Не хочу жить с мачехой, лучше с родной матерью жить, пусть даже на том свете. Сказал так мальчик и зашагал дальше. Долго ли он шел или недолго — это ему знать, но нам известно, что добрался он до одного холма и видит: стоит на холме Дом, а из трубы валит дым с огнем. Подошел мальчик к дому, постучался и стал ждать. Открыла ему дверь старушка и впустила в дом. Старушка эта была матерью мальчика. Предстали они друг перед другом и тут же узнали друг друга: мать — сына, а сын — свою мать. — Сын мой милый, зачем пожаловал сюда? — спрашивает мать.— Ты еще маленький, а уже на этот свет пришел.— Заплакала мать горько-горько.— Видно, не сладко живется вам с мачехой? Рассказал мальчик матери все как есть и говорит: — Не хочу с мачехой жить, а хочу с тобой. Так и остался мальчик жить на том свете вместе с родной и любящей матерью. Днем мать и сын ходили в сад собирать яблоки, а вечером возвращались в свой дом на холме, разжигали печь, пекли яблоки и ели. И так жили все время. А между тем оставшиеся с мачехой сестры не сводили глаз с дороги, по которой ушел их брат на тот свет. Иногда они обе горько плакали. Так они соскучились по милому брату, что готовы были умереть ради одной только встречи с ним. Но не всегда все так получается, как нам хочется. А мачеха, видя, как сестры стосковались по брату, радовалась. Она помышляла уже о том, как бы и их отправить на тот свет и освободиться от всяких хлопот. И вот в один из дней старшая сестра говорит младшей: — Видно, уж не вернется наш брат. А младшая отвечает ей: — Сестрица, пойдем искать брата. Долго они думали в этот день над тем, куда идти, чтобы найти брата. И вот тут-то старшая сестра предложила взять потихоньку от мачехи полмешка муки и испечь две огромные лепешки. — Пустим эти лепешки по дороге катиться,— сказала она,— а сами следом пойдем. Так и найдем брата. Когда мачеха отправилась к соседкам сплетничать, девочки достали муку и замесили тесто, приговаривая: — Катись, катись, лепешка, — сестры ищут брата. Положили они тесто в печь и испекли две огромные лепешки. Затем выкатили эти лепешки за ворота и сказали: — Катитесь, катитесь, лепешки, — сестры ищут брата. И покатились лепешки по дороге, поднимая пыль. А девочки бегут вслед, стараются не отстать. Докатились лепешки до развилки дорог. И тут из-под земли навстречу девочкам вышел маленький старичок и спросил: — Куда вы так торопитесь, куда путь держите? И рассказали девочки старику все как есть. — Мы идем искать брата,— сказала старшая сестра. А младшая добавила: — Живым или мертвым мы должны его найти. Выслушал их старичок и говорит: — Возвращайтесь лучше домой. Никогда еще не было такого, чтобы кто-то с того света назад вернулся. Не послушались сестры старичка, покатили свои лепешки, приговаривая: — Катитесь, катитесь, лепешки, — сестры ищут брата. Покатились лепешки по дороге, а сестры бегут рядом— одна справа, другая слева: отстать боятся. Долго ли они так бежали — это им знать. А нам известно, что чувяки у них изорвались и ноги им исцарапали колючки, а конца-края дороги так и не было видно. Очень сильно устали сестры, да и ноги изранены. Бегут они, а за ними кровавый след тянется. Не выдержала младшая сестра и говорит старшей: — Не могу я бежать дальше. А старшая сестра отвечает: — Нельзя от лепешек отставать, заблудимся и до места не дойдем... Терпи и беги! Знай, что брата нужно найти. Наконец докатились лепешки до дома, что стоял на холме. Стукнулись о двери—двери отворились, лепешки вкатились в дом и встали у стены. Вошли сестры в дом, а в доме никого нет, пусто. Только печка топится и в углу палка брата лежит. Увидели они эту палку и обо всех горестях позабыли. Сели сестры у печки и стали ждать. Ждали-ждали они прихода брата и незаметно уснули. А тем временем из норы вылезли две мышки. Увидели они лепешки, съели все до крошки и опять забрались в нору. А когда стемнело, с работы вернулись мать и брат и видят: спять у печки две девочки в лохмотьях и рваных чувяках, а из ног у них кровь сочится. Мальчик сразу узнал своих сестер и тут же разбудил их. Глядят они друг на друга, наглядеться не могут, радуются. А мать прослезилась на радостях, обняла девочек и забыла, что девочки на тот свет пришли к ней. А когда опомнилась, стала бранить своих детей: — Зачем пришли на этот свет? — говорит.— Вы еще маленькие, жизни еще не видели, а уже от жизни ушли. Быть вам теперь вместе со мной здесь. — Не плачь, мать,— говорит старшая сестра.— Есть у нас две лепешки, мы их сами испекли, и они помогут нам выбраться отсюда. Кинулись девочки, а лепешек нет на месте. Выскочили девочки во двор, посмотрели по сторонам — нигде нет. Заплакали сестры. А мыши выглядывают из норы: все видят, все слышат. Жалко им стало девочек. И тут одна мышь говорит другой: — Давай скажем им, что мы съели лепешки. Выбежали мыши на середину комнаты и пропищали: — Не плачьте, это мы съели ваши лепешки. За это мы поможем вам выбраться отсюда и снова стать живыми. Ступайте за нами в нору. Мы вас другим ходом проведем наверх. Пошли сестры за мышами в нору. А за ними и мать ошла. Взял брат свою палку и тоже полез в нору. Долго они пробирались подземным ходом наверх. Много трудностей пришлось им испытать в пути. Но все же вывели их мыши наверх, стукнули лапками, и они ожили. А мыши говорят им: — А теперь идите к себе домой и нас возьмите. Хотим видеть злую мачеху. Пришла мать с детьми в свой дом. А мачеха, как увидела их, испугалась; стала из угла в угол бегать и кричать, людей на помощь звать. А мыши тем временем взяли у мальчика палку и поскребли ее концы. Пошла палка по комнате летать и мачеху бить. А когда мачеха наконец умерла, мыши схватили ее и унесли на тот свет. И зажили вновь в дружбе и согласии муж и жена, а с ними и их добрые дети.


Как младший сын отправился на тот свет к матери за ключом.

Жили-были муж и жена. Было у них три сына: старший, средний и младший. Жили они дружно, и все работали. Но однажды мать захворала и перестала ходить на работу. Стали ей в голову все чаще и чаще приходить мысли о смерти. И решила она складывать в сундук все необходимое на день своей смерти. Вскоре она слегла, а спустя несколько дней почувствовала, что вот-вот явится к ней смерть. Встала она в этот день еще раз, перебрала свой сундук — не забыла ли чего положить? — и, убедившись, что все в порядке, закрыла его на замок, ключ взяла в руку и легла в постель ждать прихода мужа и сыновей с работы, чтобы отдать им ключ. Но они, как на зло, все не возвращались. Так она и умерла, не повидав мужа и сыновей, а ключ так и остался зажатым в ее руке. Вернулись отец и сыновья и видят: старуха мертва. Кинулись к сундуку, где лежало все необходимое для похорон,— сундук закрыт на замок. Стали искать ключ, весь дом перерыли, но так и не нашли. Ничего не оставалось им делать, как ходить по соседям и просить: у кого посуду, у кого скатерть, у кого материю на саван, у кого мясо и хлеб. Словом, кое-как собрали все нужное и справили поминки. А после того как прошло сорок дней, отец собрал своих сыновей и говорит: — Дети мои, вот мы и похоронили нашу мать, а ключ от сундука так и не нашли. Кто из вас отправится к матери на тот свет и спросит, куда она спрятала ключ? Старший сын ответил на это так: — Я не пойду туда. Да и вообще, зачем это нужно? А средний сын сказал так: — Мне ни ключ от сундука не нужен, ни то, что в сундуке. Пусть отправляется тот, кому это нужно. И вот тут вступил в разговор младший сын: — Не нужно спорить. Я пойду к матери на тот свет и узнаю, где она спрятала ключ. Вот только схожу на конюшню и спрошу своего коня, согласен ли он отправиться со мной? Пошел младший сын на конюшню и говорит коню: — Мой верный конь, я хочу отправиться на тот свет к матери и спросить, где она спрятала ключ. Как ты относишься к моему желанию? Конь ответил ему так: — Желание твое понятно. Но дорога очень дальняя и трудная. Твоя мать попала в рай, но нам придется проехать через ад. Много всяких чудес встретится на нашем пути. Но знай, что бы ты ни увидел, ни о чем у меня не спрашивай. Приедем к матери, и у нее все спросишь. А теперь ступай собирайся в дорогу. Да не забудь взять с собой два хурджуна. В один положи хлебные огрызки, в другой — тряпье. Сделал младший сын все так, как наказывал конь. И вот отправились они в путь. Долго ли скакал конь или недолго, но наконец ступил он на землю того света. Скачет он по аду день, второй, третий, а на четвертый день дорога подошла к глубокой реке. Не решается конь войти в воду. Погнал тогда юноша коня по берегу реки и вдруг видит, как двое мужчин, один с одного берега, другой — с другого, схватили друг друга за плечи, словно бы дерутся. А вода под ними течет, камни ворочает и грозно шумит. Смотрит младший сын и диву дается, а понять что к чему не может. У коня спросить— значит нарушить обещание. Долго стоял он и наконец спросил у этих мужчин: — Как мне перебраться на другой берег? А они отвечают: — Через нас проезжай. — Вы же люди, как я могу через вас проехать? А мужчины опять ему: — Проезжай. Не ты первый, не ты последний — все через нас проезжают. Пришпорил тогда младший сын своего коня и проехал по мужчинам. Скачет он дальше: день, второй, третий. А на четвертый день дорога привела его к одной поляне. Увидел он здесь множество кувшинов из-под молока и женщину, которая переливала молоко из одного кувшина во второй, из второго —в третий и так до бесконечности. Посмотрел на это юноша, но ни о чем не стал расспрашивать. Пришпорил коня своего и поскакал дальше. Долгий путь проделал он на этот раз и наконец приехал в поле, где увидел целую гору яиц. Сидела у этой горы женщина и перекладывала яйца с места на место. И так целый день. Посмотрел на это юноша, пожал плечами и поскакал дальше своей дорогой. Долго ли он скакал на этот раз, это ему знать, а нам известно, что он доехал до одной скалы и видит: у самой скалы стоит тонур, а у тонура сидит женщина и печет лепешки. Испечет она одну лепешку и тут же ест ее, а другую в тонур кладет и кричит: «Есть хочу!». Долго смотрел юноша на эту женщину и все думал: «Сколько же она может есть?». Через три дня и три ночи прискакал он к роднику и видит, как женщина наполняет кувшин водой, пьет и никак не может напиться. Удивился юноша, а спросить не решился: обещал ведь не расспрашивать. Поскакал он дальше. Скачет день, второй, третий, а на четвертый день дорога привела его к такому месту, где было великое множество холмов. Едва он подъехал к этим холмам, как холмы расступились и из них появились исхудавшие и оборванные люди. Они протягивали к юноше руки и просили: — Хлеба! Подайте кусок хлеба! Раздал юноша весь хлеб, который лежал в его хурджуне, и поехал дальше. Только отъехал немного, как опять увидел такие же холмы. Подъехал юноша к холмам, они расступились, и из них вышло множество раздетых людей. Они тянулись к юноше и просили, чтобы он дал им хоть какую-нибудь одежду. Тогда юноша достал из хурджуна тряпье, которое он захватил из дому, и раздал им. Едет он дальше, а сам все думает о том, что за странные люди попадались ему в пути. Много дней и ночей ехал юноша. Но как бы длинна ни была дорога — всему приходит конец. И вот увидел он впереди веселую зеленую равнину, которая манила пышными садами. Это начинались уже земли рая. Проехал юноша еще немного и очутился, в райском саду. Каких только здесь не было деревьев! А на ветвях сидело множество пестрых птиц, распевавших на все лады! Вскоре подъехал юноша к золотым воротам рая. Привязал своего коня к дереву и постучался. Открылись перед ним райские двери, и рыжий старичок у входа поклонился и сказал: — Со злом пришел — прочь ступай, с добром пришел — входи в рай. Рассказал юноша рыжему старичку, зачем он пожаловал, а тот и говорит ему: — Знаю, знаю такую женщину. Она, бедная, все время говорит о том, что не успела детям своим отдать ключ от сундука. Если ты сын ее, то входи. Вошел юноша в рай и тут увидел свою мать. Сидит она под яблоней и райских птичек с руки кормит. Как увидела она своего младшего сына, бросилась к нему, обняла и спрашивает: — Сынок мой, зачем пожаловал сюда? Отвечает ей сын: — Тебя проведать да и о ключе спросить: куда ты его спрятала? А мать спрашивает: — А кто тебя послал сюда? — Отец собрал нас, братьев, и спросил: кто поедет к матери на тот свет спросить, где она спрятала ключ? Старший брат сказал, что не поедет. А средний брат сказал, что ему ни ключ от сундука не нужен, ни то, что лежит в сундуке. Ну а я все-таки решил отправиться в путь. Мать поцеловала сына и пошла к своей золотой тахте, чтобы из-под подушки достать ключ и передать сыну. А сын остановил ее и говорит: — Мать, не спеши дать мне ключ. Ты лучше ответь мне на несколько вопросов. — Спрашивай, сынок,— сказала мать. И сын спросил: — Мать, когда я ехал к тебе, то встретил на пути быструю реку. Вместо моста на разных берегах стояли двое мужчин. Они держали друг друга за плечи, и по ним я проехал, как по мосту. Кто они такие и почему висят над рекой, я так и не узнал. Ответь мне, в чем тут дело. Мать усмехнулась и говорит: — Эти люди, сын мой, провинились. Их в рай не пускают потому, что они и при жизни дрались между собой из-за этой реки. Вот они теперь в аду и живут. Обрадовался сын, что наконец-то узнал, в чем дело, и задал матери второй вопрос. — Мать, ехал я дальше и вдруг встретил женщину, которая переливала из кувшина в кувшин молоко. Кто она такая и почему она занята таким бессмысленным делом? Мать усмехнулась и говорит: — Эту женщину также не пускают в рай. Она при жизни мешала молоко с водой и продавала людям. За обман ее наказали такой работой в аду. Задал юноша матери третий вопрос: — Мать, ехал я дальше и вдруг вижу, как одна женщина перекладывает гору яиц с одного места на другое. Почему она так делает? Мать опять усмехнулась и говорит: — Эта женщина также наказана. Она украла у своей соседки три яйца. А теперь ей надо найти именно те три яйца и вернуть хозяйке. Но она не знает, какие это яйца, вот и перебирает всю груду. Обрадовался сын и этому ответу и снова спрашивает мать. — Мать, ехал я дальше и вижу, как у самой скалы стоит тонур, а у тонура сидит женщина и печет лепешки. Испечет она лепешку и тут же ест, а в тонур бросает другую. И так все время ест и ест, а сама кричит: «Есть хочу!». Кто она такая и почему так кричит? Мать вновь усмехнулась и отвечает: — Женщина эта при жизни пекла лепешки и ела сама, а детям своим ни крошки не давала. За это всевышний наказал ее и дал ей ту же работу,— мол, пусть объедается,— а в рай не пустил. Снова спрашивает юноша: — Мать, ехал я дальше и увидел: сидит у родника женщина, наполняет водой один кувшин за другим и пьет. И так все время. Кто она такая и почему пила без конца воду? Мать усмехнулась и ответила: — Ехали как-то в степи двое и хотели пить. Подъехали они к роднику, увидели эту женщину и попросили напиться. Она отказала им. За ее жадность всевышний поселил ее в аду и заставил все время пить воду. Обрадовался сын и этому ответу и снова спросил: — Мать, поехал я дальше и увидел холмы. Когда я подъехал к этим холмам, то из них вышли люди и стали-просить у меня: одни — кусок хлеба, другие — одежду. Кто они такие? Мать усмехнулась и ответила: — Это — нищие. Они и при жизни попрошайничали и не хотели работать, а потому всевышний поселил их в аду. Вот они и здесь тем же занимаются. Поклонился юноша матери и поблагодарил за все ответы. А потом говорит: — Теперь дай мне ключ, и я поеду домой. Отдала ему мать ключ, сорвала с яблони четыре яблока и говорит: — Сын мой, вот тебе четыре яблока. Одно отдай отцу, другое — старшему брату, третье — среднему брату, а четвертое съешь сам... А теперь ступай, бог в помощь! Поклонился сын, попрощался с матерью и вышел из рая. Сел он на своего доброго коня и мигом очутился Дома, где ждали его возвращения отец и старшие братья, когда он вошел в дом, отец и старшие братья стали расспрашивать обо всем. Рассказал им младший брат все как было и говорит: Мать велела угостить вас яблоками. Съел отец яблоко — превратился в осла и сбежал в горы. Съел старший брат яблоко—превратился в свинью и стал жить в болоте. Съел яблоко средний брат — превратился в собаку и сбежал в лес. Съел свое яблоко младший брат и видит: вместо их дома вырос большой каменный дворец с семью балконами. Во дворце этом ждет его красавица невеста. Он заключил ее в объятия и добился всех радостей жизни.


Счастье для молодых - отрада для старых.

Жил-был в одном городе старик-сапожник. Всю жизнь он усердно трудился. Случалось, что какой-нибудь бедняк был не в состоянии заплатить сапожнику за работу, и тот говорил: «Ничего, носи себе на радость!». И люди говорили доброму сапожнику: «Да прожить тебе сто лет!». Может быть, поэтому сапожник и на самом деле дожил до ста лет. А может быть, так ему было на роду написано. К тому времени было у него сорок внуков и сорок внучек. Были у него и правнуки и правнучки, а сколько их было — старик даже и не знал, знал только, что очень много. Все внуки старика выросли хорошими людьми, не было среди них ни воров, ни жуликов, ни дармоедов. Все они занимались ремеслом: кто был сапожником, кто — портным, кто — шапочником, одним словом, все были при деле. Однажды ночью к старику зашла смерть и предупредила его, что через два дня и две ночи она придет забрать его душу. — От меня уже землей пахнет,— с грустью подумал старик.— Пойду-ка проведаю внуков и правнуков, а потом уж можно со спокойной душой уйти на тот свет. Отправился он к одному из своих внуков. Увидев деда, тот отложил работу, провел старика в дом, усадил на мягкий ковер, угостил вкусным обедом. Столетний дед и шестидесятилетний внук посидели, поговорили о том о сем, а потом старик стал играть с правнуками, рассказывать им сказки да и забыл, что к нему через два дня и две ночи придет смерть забирать его душу. Счастье молодых — отрада для старых. Вечером внук постелил деду мягкую постель, дал мягкое одеяло и говорит: — Сладкого тебе сна. Отдыхай! — Нет,— отвечает старик,— я должен идти проведать других внуков. Внук обиделся и говорит: — Уйдешь — и в глаза твои не посмотрю! Ложись отдыхай! Мой дом — разве не твой? Что оставалось делать старику? Если младшие почитают старших — старшие должны принимать их уважение, ведь младшие у старших учатся. И остался дед у внука ночевать. Лег он на мягкую постель, укрылся мягким одеялом, да только сон к нему не идет. Лежит старик и думает о том, что скоро смерть придет, а он и не успеет проведать всех своих родных. Долго, как кишки шагаду, тянулась эта ночь для старика. Но вот наконец настало утро. Дед попрощался с внуком и ушел. В этот день он отправился к сыну. Обрадовался сын, провел отца в дом, усадил с почетом. Жена сына быстро подала угощение. Посидели отец с сыном, пообедали, выпили вина, поговорили. Потом старик стал играть с внуками и правнуками, рассказывать им сказки да и забыл, что ночью к нему придет смерть. Ведь счастье молодых — это радость для старых. Вечером сын постелил отцу постель, дал мягкое одеяло и говорит: — Дай бог тебе здоровья. Ложись отдыхай1 — Нет,— отвечает отец.— Я должен идти... Обиделся сын: — Уйдешь — ногой не ступлю к тебе на порог, разве мой дом — не твой? Что оставалось делать старику? Если младшие почитают старших — старшие должны принимать их уважение. И остался столетний отец ночевать у сына. Лег старик на мягкую постель, укрылся мягким одеялом, да только уснуть не может: лежит, ждет, когда же смерть придет. — Эх, не успел я обойти всех своих родных,— думает дед. Настала полночь, а смерть все не идет, время тянется, а смерть не идет, рассвет близится, а смерть не идет. Наконец рассвело, а смерть так и не пришла. «Где же она задержалась?—думает старик.— Или, может быть, я уже мертвый?» Приподнимает он голову — живой. Поднимает одну руку — живой, поднимает вторую — живой. Встает с постели — живой! — Слава богу!—говорит старик.— Смерть завтра придет, а я пока пойду дальше. Пришел он ко второму внуку, постучался. На стук выскочили правнуки, обрадовались, увидев прадеда, стали прыгать вокруг него, гладить ему бороду. Старик тоже обрадовался и спрашивает: — А где ваш отец? — На работе,— отвечают дети.— Сейчас мы его позовем. Позвали они отца, тот пришел, увидел своего деда и очень обрадовался. Накрыл внук богатый стол, усадил деда, стали они есть, пить, беседовать. Начал старик играть с детьми, рассказывать им сказки. Дети смеются—-прадед смеется. Прадед смеется — дети смеются. А старик и позабыл, что за ним смерть должна прийти. Ведь счастье молодых — это радость для старых. Наступила ночь, внук постелил деду мягкую постель, дал мягкое одеяло и говорит: — Ложись отдыхай, и пусть тебе снятся сладкие сны. Спохватился старик, говорит: — Нет, нет, я должен идти, проведать других внуков. — Темно на дворе, завтра сходишь,— отвечает внук.— Да и обидишь, если уйдешь. Что оставалось делать старику? Если младшие почитают старших — старшие должны принимать их уважение. И остался дед ночевать у внука. Лег он на мягкую постель, укрылся мягким одеялом, да только уснуть никак не может. Все ему кажется, что вот-вот должна прийти за ним смерть. Услышит старик какой-нибудь шорох и думает: «Пришла!». Лежит он выпрямившись, чтобы достойно умереть, глаза не закрывает, а сам все думает: «Эх, жаль, не успел я обойти всех своих внуков и правнуков, посмотреть, как они живут!». А смерть, оказывается, еще вчера ночью приходила к старику домой. Пришла она, ведьма, посмотрела на постель, где старик всегда спал, а его там нет. Пошарила она в комнате, а старика нет. «Ну ладно,— думает смерть,— завтра ночью приду, никуда он от меня не денется». В эту ночь смерть опять пришла, посмотрела на постель, а старика снова нет. Пошарила в комнате — нигде нет. Узнала смерть, что старик ушел в гости к внуку, и решила пойти за ним туда. А тем временем и рассвело. Старик встал, оделся. «Слава богу,— думает,— смерть завтра придет, а я пока пойду проведаю еще одного внука». Пришел дед к этому внуку, а у того в доме веселье, день рождения сына. Увидел внук деда, обрадовался: — Очень хорошо, что ты пришел! Я как раз хотел за тобой идти. Внук провел деда в дом, усадил на почетное место и кричит: «Играйте, зурначи! За здоровье нашего деда играйте!». Зурначи играют, гости танцуют, едят, пьют. Не выдержал столетний дед, вышел на середину комнаты и пошел плясать! Все ему хлопают-, а он еще быстрей пляшет и даже на носках ходит. Видит смерть, что у столетнего деда так просто не возьмешь душу, да и сама стала хлопать. Хлопает она и приговаривает: Пляши, пляши, пяяши, старик, Харса-харса, харса-харса, харса-харса! Никуда от меня ты не уйдешь, Харса-харса, харса-харса, харса-харса! Если и сегодня забуду твою душу, То завтра ее возьму. Харса-харса, харса-харса, харса-харса, Харса-харса, харса-харса, харса-харса! Наплясался дед, устал, сел за стол, ест, пьет, поет песни. Смерть все это видит и говорит себе: «Завтра приду и возьму его душу. Теперь-то я знаю, где он бывает». И смерть ушла к другим людям забирать их души. А столетний дед попировал как следует и лег спать. Утром он проснулся, вспомнил, что за ним должна смерть прийти, и заспешил к другим своим внукам. Пришел он к одному из них в дом. Внук встретил деда с уважением, усадил, обедом угостил. Поиграл старик со своими правнуками, рассказал им сказки и лег спать. Так он стал ходить то к одному внуку, то к другому, и везде ему были рады. Радовался и дед и совсем забыл о том, что должен умереть. Говорят, что он и сейчас жив и ходит уже в гости к прапраправнукам, и все они ему рады. А смерть, говорят, и по сей день никак не может забрать у него душу, потому что в душе у того старика живет радость. А с радостью смерть бороться не может. Потому-то в народе говорят: «Да увидеть вам радость своих детей!». Так ведь говорят не напрасно. Пожелаем же и мы друг другу увидеть радость своих детей и жить так же долго, как герой нашей сказки!


Справедливый огородник.

В очень давние времена недалеко от города жил бедный огородник. Был у него небольшой участок земли, на котором, кроме дынь, ничего не росло. Весной огородник засевал свой огород, а осенью отвозил на базар огромные, сладкие как мед дыни. Тем и жила его семья — жена и два сына-подростка. Было у него и нехитрое хозяйство: лошадь, коровенка да два быка. Так и жил бедный огородник вот уже много лет — не богато и не бедно. Никто не завидовал его богатству, и никто не упрекал его за бедность. Но однажды на голову огородника свалилась беда. Собрал огородник часть дынь с огорода, нагрузил на свою арбу и поехал в город продавать. Ехал он и думал о том, как на вырученные деньги купить детям новые бешметы, чарыки, папахи, а жене чадру. Ехал и думал о том, что нужно для лошади купить новую упряжку. Ехал и думал — о многом еще думал огородник и не заметил, как доехал до города. Въехал он в огромные чугунные ворота и приехал на базар. А на базаре чего только нет! Какие груши! Каждая размером с твою голову!.. Какие арбузы, дыни! Даже на подносе самого великана Миши и то не поместятся. В общем, не буду морочить вам голову, а скажу одно: представьте себе все это, и будете сыты. Так вот, приехал огородник на базар, разложил свои дыни и стал кричать: — Подходи, народ! Покупай, народ! Пах-пах, какие Дыни! Наполовину сахар, наполовину мед! Но никто к нему не подходил. — Подходи, народ! Покупай, народ! — продолжал кричать огородник. — Какая цена? — спросила старушка в лохмотьях. — Два шои,— ответил огородник.— На какой глаза твои остановились, ту и бери! — В кармане не звенит, — ответила старушка. Огородник принялся снова зазывать народ. Подошли к нему трое мужчин, выбрали по две дыни и, ничего не заплатив, ушли. — Э-эй! Платить нужно! — крикнул бедный огородник. Но мужчины исчезли в толпе, как снег в кипятке. Что было делать бедному огороднику? Снова стал он кричать, расхваливая свой товар. Опять подошли трое мужчин, но не те — другие, выбрали по две дыни и ушли. — Эй, эй! — закричал огородник.— А где же деньги? Тут женщины, торговавшие возле огородника, стали смеяться. — Дорогие мои,— обратился к женщинам огородник,— не знаете ли вы, кто эти воры? Женщины рассмеялись еще сильнее, как будто перед ними стоял чудак. — Конечно, знаем,— ответили они.— Уже давно падишах нашего города издал приказ, что все его придворные имеют право брать бесплатно все, что им захочется. Эти люди, что забрали у тебя дыни, не воры, а придворные падишаха. — Ах вот оно что!—воскликнул огородник. — Что ж, тогда подходи, бедный народ! Бесплатно бери... Пах-пах, какие дыни! Наполовину сахар, наполовину мед! Сам сажал, сам растил, а теперь угощаю вас. Берите, не стесняйтесь. Я такой же, как и вы, бедный. Берите! Берите! Огородник не успел оглянуться, как у него не осталось ни одной дыни. Вернулся огородник домой без единого шои и без дынь. Рассказал обо всем жене. Обрушилась на него жена с бранью, да криком ничему не поможешь. Задумал тут огородник отомстить падишаху того города. Собрал он все дыни со своего огорода и повез продавать в другой город. Отвез арбу дынь — привез хурджун денег. Потом приказал огородник жене снять со стен кинжал, винтовку, саблю, приготовить на дорогу при пасов. — Что это тебе в голову взбрело? Куда ты собрался? Зачем? — Отомстить падишаху,— ответил огородник. Тут жена упала на колени и стала просить мужа: — Платок мой к твоим ногам! Ради детей, не езди! — Мы горцы, на нас папахи! — прикрикнул на женщину огородник. Снял со стены кинжал, винтовку, саблю, сложил в хурджун еду и вышел во двор. Погрузил на лошадь два хурджуна: в одном были деньги, в другом — еда, вскочил на своего скакуна и умчался по пыльной горной дороге. Прискакал он в один горный аул. Созвал на площадь джигитов и рассказал им, для чего приехал. — Согласны ли вы быть моими воинами? — спросил он. И вот сто джигитов во главе с огородником поскакали к городу, где правил тот падишах. По пути все новые и новые джигиты примыкали к отряду. На следующее утро отряд остановился в одном городе. Огородник отыскал там самых лучших мастеров и заказал им триста одну пару мяхси, триста одну — гобо. Накупил множество хурджунов, патронов, наточил кинжалы и сабли. Переночевали они в этом городе, а к утру все заказы огородника были выполнены. Надели джигиты новые мяхси и гобо и тронулись в путь. Когда настал вечер, отряд огородника подступил к стенам того города, где жил падишах. Все жители города спали, а у четырех ворот крепости стояла стража. Огородник приказал джигитам снять стражу, и отряд вошел в город. Огородник и еще несколько джигитов пробрались во дворец падишаха. Разыскали они покои, где он спал, разбудили падишаха и сказали, что пришли отомстить ему. Понял тут падишах, что его дела плохи, и взмолился: — Не убивайте меня! Любую вашу просьбу исполню. Тогда огородник сказал: — Мы сохраним тебе жизнь, если ты исполнишь три наши просьбы. Отмени свой приказ о том, что твои придворные могут брать бесплатно все. что им вздумается. Затем обложи данью в нашу пользу всех богатеев города. И потом сделай так, чтобы все люди — и бедняки и богачи — были в твоем городе равны. Согласен ли ты выполнить наши условия? — Да, да, я на все согласен, только не убивайте меня. На следующий день огороднику принесли много мешков эршефи. Увидел падишах мешки с деньгами и от злости слег в постель. А огородник взял эршефи, вышел на площадь и стал раздавать монеты беднякам города, приговаривая: — Берите, берите! Эти эршефи ваши. Тем временем кто-то из толпы на площади крикнул: — Падишах наш умер! Падишах умер! Побежал огородник во дворец падишаха. Смотрит, а падишах и впрямь лежит мертвый. Рядом стоят его слуги, одни плачут для вида, другие молчат. — Что сказал падишах перед смертью? — спросил огородник. — Он написал вот это завещание,— ответили ему. Огородник взял завещание и прочитал: «Пусть все, что после меня осталось, отправится вслед за моими эршефи». Падишаха похоронили. На восьмой день справили поминки и на том успокоились. Но нет, до спокойствия было далеко. Кому же быть падишахом города? Как понять слова, написанные в завещании? Собрали всех мудрецов города, чтобы они растолковали завещание. — Падишах знал: в чьи бы руки его эршефи ни попали, они все равно вернутся в его казну,— сказал один мудрец. — Нет, ты не прав, почтеннейший,— возразил другой.— Падишах имел в виду казначея. Долго спорили они, но так ни до чего и не договорились. Тогда они решили пригласить из другого города самого мудрого из мудрецов. Приехал мудрец. Рассказали ему обо всем и дали подумать семь дней и семь ночей. Шли дни. И вот на восьмой день вновь собрались все мудрецы и старейшины города на совет. — Так вот, почтеннейшие мои старцы,— начал мудрейший из мудрых.— Вы говорите, что падишах вдруг сильно занемог. Так вот, о чем бы думали вы на его месте, зная, что ваш смертный час близок? Думали бы вы тогда о потерянных эршефи, о своем богатстве, или вам было бы все безразлично? — С собой в могилу ничего не возьмешь,— сказал один из мудрецов. — Правильно,— сказал премудрый старец.— И еще вопрос: кому тогда принадлежали эршефи падишаха? — Огороднику,— ответили все. — Нет, не мне, а беднякам,— поправил огородник.— Я им все эршефи раздал. — Правильно говоришь,— согласился мудрец.— Значит, теперь по завещанию падишаха все оставшееся его богатство принадлежит народу. Огородник оповестил жителей города о решении мудреца и раздал всем беднякам богатства падишаха. А жители города назначили справедливого огородника новым падишахом. Так бедный огородник стал падишахом. Всех своих воинов он сделал везирами, векилами, нукерами. А вместо приказов старого падишаха он издал новые, справедливые законы.

Отсюда.
Tags: Народные сказки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments